Вавилов А. И. (Москва)

Невзгоды Ирака

Ситуация в Ираке после восьмилетнего американского опыта его силовой «демократизации» стала опасным фактором, серьезно осложняющим и без того весьма непростую ситуацию в ближневосточном регионе.

21 октября 2011 г. президент США Б. Обама торжественно объявил, что к новогодним праздникам американские военнослужащие вернутся из Ирака домой. «Глупая» (по определению самого хозяина Белого дома) война подходила к логическому концу (Независимая газета. 15.12.11).

А уже концу ноября 2011 г. в Ираке в открытую заговорили о наплыве в страну боевиков «Аль-Каиды», для которых предстоявший уход американцев был настоящей «манной небесной», подкреплявшей их позиции в разоренной и ограбленной стране (The New York Times. 18.11.11). Каидовцы стали создавать на территории «освобожденной» страны тренировочные лагеря и за один год в два с половиной раза нарастили число боевиков (до 2,5 тыс.) (Независимая газета. 11.10.12).

Число жертв террористов в 2013 г., по данным ООН, превысило самую большую за минувшие 5 лет цифру и достигло 8868 человек, что дало основание многим наблюдателям прогнозировать скатывание Ирака к гражданской войне (ИТАР-ТАСС. 11.12.13; РБК. 02.01.14). Тяжким бременем террористический разгул ложился и на экономику страны и ее главную отрасль — нефтедобычу. В 2013 г. лишь один нефтепровод из Ирака в Турцию взрывался аж 54 раза (Новое восточное обозрение. 21.02.14). Уровень добычи нефти в третьей по ее запасам стране мира из-за хронически нестабильной обстановки не превышал показателя, достигнутого в 1989 г., и составлял около 3 млн барр. в день. С 2008 г. в безработных числилось около 15 % трудоспособного населения. Согласно оценкам международных организаций Ирак стабильно входил в десятку самых коррумпированных государств мира (Le Monde. 30.04.14).

Не утихали и разбуженные американцами межконфессиональные распри, на которых активно играли экстремисты. Неоднократно посещая Ирак во времена С. Хусейна, автор мог наглядно убедиться, что в то время о каких-либо трениях между суннитами и шиитами и речи не было. Убедительным подтверждением тому служило хотя бы изрядное число смешанных браков между представителями двух основных ветвей ислама.

В середине декабря 2013 г. по стране прокатилась новая волна терактов. Жертвами диверсий в Багдаде стали более 40 человек, направлявшихся к шиитским святыням в г. Кербела. Еще 17 паломников погибли в г. Мосул, 5 человек — в ходе нападения джихадистов на городское управление в г. Тикрит, где проживали в основном сунниты. В общей сложности всего за два дня вылазки террористов унесли жизни более 60 мирных жителей, свыше ста получили ранения (www.mid.ru 17.12.13).

В канун 2014 г. резко обострилась ситуация в и без того неспокойной приграничной суннитской провинции Анбар, где все большее влияние и позиции приобретали каидовцы в лице пресловутой группировки «Исламское государство Ирака и Леванта», печально прославившейся своими зверствами в Сирии. Поводом для волнений послужила силовая ликвидация существовавшего около года протестного лагеря суннитов, выступавших против притеснений со стороны шиитских властей. Багдаду по просьбе местного губернатора пришлось применять войска и американские беспилотники как для подавления антиправительственных выступлений местного суннитского населения, так и против исламистов, воспользовавшихся вспыхнувшими беспорядками и объявившими себя «твердыми защитниками угнетенных суннитов». Премьер Н. аль-Малики возложил всю вину на террористов, назвав бунтовавшую провинцию «штаб-квартирой «Аль-Каиды» (Le Monde. 02.01.14). В ожесточенных столкновениях правительственных войск с боевиками только за один день, 3 января 2014 г., погибло свыше 100 человек (РБК. 04.01.14). На другой день каидовцам удалось взять под контроль один из важных населенных пунктов провинции — г. Аль-Фаллуджа (60 км к западу от Багдада) и частично центр провинции — г. Рамади, которые они поспешили объявить «исламским государством». Экстремистам досталось разнообразное оружие, которое в свое время было передано американскими «освободителями» иракским силам безопасности (La Stampa. 10.01.14). Часть суннитских племен отказалась от сотрудничества с правительственными войсками против каидовцев в отместку за жертвы среди мирного населения, вызванные действиями этих войск. Более того, непокорные суннитские вожди пригрозили возмездием всем «пособникам Багдада» (РИАН. 04.01.14; Le Monde. 04.01.14; EuroNews. 06.01.14). В ответ центральные власти выдвинули местным ополченцам ультиматум: либо те сами изгонят из города каидовцев, либо по нему откроет огонь тяжелая артиллерия.

Неспокойная ситуация в провинции вынудила центральные власти приостановить поставки нефти автотранспортом в соседнюю Иорданию, что наносило ощутимый урон бюджету страны.

США объявили о готовности оказать Ираку помощь специалистами по охране стратегических объектов нефтяной отрасли, которая по-прежнему давала около 95 % поступлений в местный бюджет, оговорившись при этом, исходя из своего недавнего горького опыта, что «войска посылать не намерены, пусть иракцы воюют сами». В Багдаде также не горели желанием принимать американских военнослужащих, памятуя их разгульное поведение в период оккупации (Asharq Alawsat, далее: А. А.; EuroNews. 06.01.14).

Со своей стороны, помощь братьям по вере вызвался оказать и Иран (Le Monde. 06.01.14). Злейшие враги в регионе, по иронии региональной политики, на сей раз оказались в одном антисуннитском окопе.

Продолжались вылазки экстремистов и против христианского населения: за неделю до нового 2014 г. в результате двойного теракта возле церкви в южной части Багдада, в которой в тот момент проходила рождественская служба, погибли более 20 человек и свыше 30 получили ранения (www.mid.ru 25.12.13).

«В Москве, — отмечалось в сообщении МИД РФ, — решительно осуждают терроризм во всех его формах и проявлениях. Считаем недопустимым разжигание межконфессиональной розни. По-прежнему убеждены в том, что нынешний всплеск насилия в Ираке имеет и региональное измерение, будучи, прежде всего, связан с событиями в соседней Сирии. Действующие на иракской и сирийской территориях террористы из “Аль-Каиды” и связанных с нею группировок не признают границ, несут смерть и страдания мирным жителям. В России поддерживают проводимую иракскими властями линию на противодействие экстремизму и терроризму, оказывают в этом практическое содействие. При этом уверены, что надежный и эффективный отпор преступным замыслам должен быть дан через скорейшее политическое урегулирование сирийского кризиса, достижение национального согласия в Ираке в интересах всех политических сил и этноконфессиональных групп населения» (www.mid.ru 06.01.14).

Кровавая вакханалия в стране в новом 2014 г. не стихала: только 5 января в результате взрыва заминированного автомобиля в столице погибли 15 человек и более 40 пострадали (Интерфакс. 06.01.14). Волна смертоносных террористических атак захлестнула армейские пункты по приему новобранцев. Уже в первой декаде января число погибших перевалило за 400 человек, превысив количество жертв всего января 2013 г. (Le Monde. 12.01.14). 15 января из-за серии взрывов заминированных автомобилей в стране за один день c жизнью расстались 73 человека, в том числе 18 участников церемонии прощания с убитым за два дня до того бойцом проправительственного суннитского ополчения «Ас-Сахва» (Le Monde; Die Frankfurter Allgemeine Zeitung 15.01.14). В последнюю неделю января группа из шести боевиков с поясами смертников захватила в Багдаде здание, принадлежавшее Министерству транспорта. В ходе штурма этого объекта спецназовцами погибли четверо заложников (РИАН; ИТАР-ТАСС. 30.01.14). Всего же лишь за один январь 2014 г. в Ираке от действий террористов погибло более тысячи человек (из них почти 800 гражданских лиц), втрое больше, чем за тот же месяц 2013 г., и более 2-х тысяч было ранено (Le Monde. 31.01.14; The Arab News. 02.02.14).

В следующем месяце последовали новые террористические вылазки: 3 февраля три заминированных автомобиля взлетели на воздух в различных районах Багдада. В результате 12 человек погибли и более 10 получили ранения (ИТАР-ТАСС. 03.02.14). Через день в столице и ее пригородах прогремели новые взрывы, унесшие жизни более 30 человек и ранившие десятки. Самая масштабная атака была предпринята террористом-смертником на подступах к зданию МИДа, в результате чего погибло 24 человека и 28 было ранено (А. А. 06.02.14).

Не спадавшая волна насилия катилась по Ираку в условиях дальнейшего обострения ситуации в приграничных с Сирией провинциях, в первую очередь в Анбар, где иракские правительственные войска и силы безопасности действовали против террористов ИГИЛ. В результате кровопролитных боестолкновений почти 200 тыс. жителей этих провинций были вынуждены покинуть свои дома, что серьезно обострило и без того сложную гуманитарную ситуацию в стране (www.mid.ru 06.02.14). В феврале 2014 г. правительственные войска развернули наступление и на севере, осадив захваченный исламистами г. Сулейман-Пек, расположенный в 160 км от Багдада (РБК. 16.02.14).

Ситуация в стране осложнялась сохранявшим свою остроту курдским фактором. В начале марта 2014 г. глава Курдской автономии М. Барзани вновь обрушился на центральные власти с обвинениями в «игнорировании конституции и обращении с курдами как людьми “второго сорта”». Основанием для таких резких высказываний стало решение Багдада приостановить ежегодную выплату полагавшихся курдской автономии по конституции 17 % федерального бюджета в отместку за намерение ее руководства самостоятельно наладить торговлю нефтью (Новое Восточное Обозрение. 24.03.14). В начале апреля М. Барзани высказал мнение о том, что «дела в Ираке развиваются в сторону конфедерации» (А. А. 09.04.14). От таких заявлений было недалеко до провозглашения Иракского Курдистана самостоятельным государством, тем более что бурные события в Сирии, да и в самом Ираке, создавали стимулы для столь судьбоносного шага (А. А. 07.03.14).

В преддверии выборов, намеченных на 30 апреля 2014 г., нешуточные страсти разгорелись и в парламенте Ирака. Его спикер, суннит У. ан-Нуджейфи обвинил шиитского президента Н. аль-Малики, ни много, ни мало, в организации «переворота против закона» и попытках расколоть парламент, чтобы протолкнуть спорный бюджет страны на 2014–15 гг. (А. А. 07.03.14). Много претензий к премьеру было высказано и относительно лихоимства его окружения. По данным парламентского комитета по борьбе с коррупцией, сумма похищенных из казны и выведенных за рубеж средств приближалась к 200 млрд долл. (Новое восточное обозрение. 05.04.14).

Тот в свою очередь предъявил спикеру претензию в неспособности должным образом организовать работу высшего законодательного органа государства. Серьезный удар по развитию политического процесса в стране нанесла отставка в полном составе избирательной комиссии. Девять ее членов таким убедительным способом за месяц до выборов выразили свой протест против незаконного «вмешательства в ее деятельность со стороны политических и судебных органов» (Le Monde. 25.03.14).

И все эти междоусобные баталии проходили на фоне ежедневных смертей мирных граждан от терактов и военных операций правительственных войск против террористических группировок.

Более 30 человек погибли в результате серии взрывов, прогремевших в конце февраля 2014 г. в разных частях страны. Еще через девять дней сразу три взрыва в столице страны унесли жизни около двух десятков человек и шестьдесят получили ранения (ИТАР-ТАСС. 25.03.14). Взрыв в начале марта 2014 г. на КПП в г. аль-Хилла принес 45 смертей, 157 человек оказались пострадавшими (Россия 24. 10.03.14). Через неделю Багдад вновь стал ареной терактов, в результате которых 18 человек погибли и десятки получили ранения (ИТАР-ТАСС. 16.03.14).В конце марта 2014 г. группа боевиков атаковала штаб-квартиру полицейского подразделения на севере Ирака, в результате лишились жизни восемь стражей порядка, в том числе и их командир, еще 15 получили ранения (Интерфакс; Газета.Ру. 21.03.14). Через несколько дней сразу три взрыва в столице стоили жизни двум десяткам человек и шестьдесят получили ранения (ИТАР-ТАСС. 25.03.14).В начале апреля боевик протаранил в г. Тикрит на заминированном автомобиле военный конвой, в результате чего погибли пятеро военнослужащих, а 11 получили ранения (ИТАР-ТАСС. 02.04.14). Число убитых от последовавшего через пять дней взрыва к западу от Багдада достигло уже пятнадцати военнослужащих (ИТАР-ТАСС. 06.04.14). Еще столько же лишилось жизни через три дня в результате серии терактов, прокатившихся по всему Ираку (Интерфакс. 08.04.14). На другой день только в столице взрывы унесли жизни 16 человек и десятки были ранены (Интерфакс; РИАН. 09.04.14). Еще через два дня 24 человека стали жертвами двух взрывов на востоке Багдада (ИТАР-ТАСС. 11.04.14). В середине апреля в результате подрыва террористом-смертником начиненной взрывчаткой машины на контрольно-пропускном пункте на севере Ирака семь полицейских погибли и еще три человека были убиты неизвестными вооруженными лицами в этом же районе страны (Интерфакс. 13.04.14). Через три дня на востоке Багдада 24 человека стали жертвами двух взрывов (ИТАР-ТАСС. 16.04.14). Еще через четыре дня террорист-смертник привел в действие взрывное устройство на территории шиитского университета на севере Багдада, в результате погибли пять человек, девять получили ранения. Его подельник был убит силами безопасности на подходе к университету (РИАН. 20.04.14). Через неделю террорист-смертник в г. Ханакин на востоке Ирака лишил жизни по меньшей мере 30 человек и столько же ранил (Интерфакс. 29.04.14). В ответ на наступление правительственных войск на захваченную джихадистами Аль-Фалуджу боевики в начале мая напали на военный гарнизон на севере страны, захватив двадцать военнослужащих, которые затем были зверски убиты (Le Monde. 11.05.04).

Всего же к концу апреля с начала 2014 г. в Ираке насильственная смерть постигла почти 3 тыс. человек, тогда как за весь 2013 г. число погибших составило около 9 тыс. (Die Frankfurter Allgemeine. Zeitung. 21.04.14). В стране ежедневно погибало в среднем 25 иракцев.

Неспокойно было и на ирако-сирийской границе: в начале апреля 2014 г. всего за один день вблизи нее в результате междоусобных столкновений сирийских «революционеров» погибло не менее 50 боевиков (Интерфакс. 11.04.14).

В начале июня 2014 г. боевики ИГИЛ захватили в столице мятежной провинции Анбар г. Рамади часть зданий местного университета и взяли в заложники тысячи студентов и преподавателей, которые позднее в ходе спецоперации сил правопорядка были освобождены (www.mid.ru 09.06.14). Одновременно активисты этой организации вступили в кровопролитные схватки с правительственными войсками на севере страны в г. Мосуле, в ходе которых погибло более 200 человек (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (2–8 июня 2014 года) // www.iimes.ru). Через несколько дней Багдад и его окрестности потрясла серия взрывов сразу 6 заминированных автомобилей, жертвами которых стали более 100 человек, по большей части шиитов (РИАН; А. А.; EuroNews. 08.06.14).

В такой напряженной обстановке 30 апреля 2014 г. в Ираке прошли первые после американской оккупации выборы, пробойкотированные по большей части суннитами. На них с большим отрывом победу одержал блок «Государство закона» Н. аль-Малики, не набрав, однако, парламентского большинства. Предпринятые властями повышенные меры безопасности не смогли предотвратить гибели от терактов всего за два дня до голосования около 80 иракцев и похищений кандидатов, что свидетельствовало о сохранявшейся нестабильности в стране (Le Monde. 30.04.14).

Успех на выборах правившего шиитского блока не открывал дорогу к выправлению внутриполитической обстановки, так как победителям еще предстояло найти союзников среди парламентариев для формирования коалиционного правительства, что грозило затягиванием процесса нормализации положения в стране. Как свидетельствовал печальный опыт предшествовавших выборов в 2010 г., он мог занять весьма долгий период, растянувшись на многие месяцы.

Победа шиитов на парламентских выборах послужила запалом для новой вспышки межконфессиональных противоречий в стране. В первой декаде июня суннитские боевики ИГИЛ общей численностью 10–15 тыс. человек при содействии вооруженных отрядов ряда местных суннитских племен и находившихся у власти при С. Хусейне баасистов, недовольных доминированием в стране шиитов, практически без боя захватили второй по величине город страны — Мосул с населением 1,8 млн человек. Дислоцированные в городе 30 тыс. военнослужащих правительственной армии сдали его практически без боя отрядам исламистов (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (9–15 июня 2014 года) // www.iimes.ru). Почти полмиллиона жителей Мосула вслед за армейскими подразделениями и силами безопасности были вынуждены спасаться бегством в соседний Курдистан, пополняя и без того многочисленные ряды внутренне перемещенных лиц.

В Мосуле исламисты смогли изрядно поживиться, захватив в местных банках почти полмиллиарда долл. и став одной из самых богатых террористических группировок мира. Она к тому же, по некоторым, в том числе и иракским, неоднократно официально гневно опровергавшимся Эр-Риядом и Дохой данным, пользовалась негласной щедрой поддержкой Саудовской Аравии и Катара, опасавшихся усиления у себя под боком ирако-иранского шиитского альянса (Россия 24. 12.06.14; А. А. 21.06.14).

Попутно экстремисты штурмовали турецкое консульство, взяв в заложники консула и с полсотни его сотрудников, охранников и членов их семей. Через несколько дней такая же участь постигла 60 иностранцев, работавших на стройке в захваченной исламистами северной провинции Салах ад-Дин (Россия I. 18.06.14).

Вслед за центром боевики поставили под свой контроль всю провинцию Найнава с находившимися в ней военной техникой, боеприпасами и снаряжением, в том числе американского производства, часть из которых была тут же переброшена на «сирийский фронт». С помощью бульдозера они снесли пограничные знаки на границе с Сирией, наглядно подкрепляя свою заявку на создание обширного исламского халифата. Его столицей они провозгласили сирийский город Ракку.

В начале июля 2014 г. джихадисты из ИГИЛ, используя вооружения, захваченные у иракской армии, оккупировали крупнейшие нефтяные поля в Сирии, что еще больше упрочило их стратегическое и материальное положение. К тому времени их финансовые ресурсы оценивались в полтора миллиарда долларов, полученных главным образом за счет продажи нефти, прежде всего Турции и Иордании, по бросовым ценам (25 долл. за баррель). Такая торговля, которая со стороны США и Запада, как ни странно, не вызывала никакого противодействия, ежедневно приносила экстремистам до 3 млн долл. чистой прибыли (Советская Россия. 15.07.14; Интерфакс. 28.08.14).

На руку радикалам сыграл и Евросоюз, который еще в апреле 2013 г. внес «послабление» в набор санкций против властей САР и разрешил закупки сирийской нефти у негосударственных трейдеров, содействуя финансовой подкормке экстремистов из ИГИЛ и «Джабгат ан-нусры» (www.mid.ru 13.11.14).

За счет обильных поступлений из нефтяного сектора, а также широко практиковавшихся грабежей банков, магазинов, захвата имущества иноверцев, обмена заложников за выкуп, работорговли, контроля над наркотрафиком ИГИЛ упрочила свое положение богатейшей за всю историю террористической группировки с годовым бюджетом в 2,3 млрд долл. (ttp://www.mgimo.ru/news/experts/document261013.phtm).

Немалые финансовые ресурсы позволяли исламистам активно заниматься под аккомпанемент социальной демагогии расширением своих позиций в широких слоях местного населения, предоставляя разнообразный набор бесплатных услуг в сфере медицины, образования и благотворительности.

Военные и хозяйственные приобретения джихадистов вызвали приток в их ряды свежих сил: если еще в 2013 г. в ИГИЛ насчитывалось не более 4 тыс. суннитов, в основном бывших военнослужащих армии С. Хусейна, то к осени 2014 г. на его стороне воевало уже под 80 тыс. боевиков, из них 50 тыс. — в Ираке, 30 тыс. — в Сирии (The Economist. 14.06.14). Немало внимания радикалы уделяли работе с молодежью, привлекая в тренировочные лагеря и боевые отряды даже подростков 12–13 лет и нередко используя их в качестве «живых щитов» (The Foreign Policy. October 2014). При этом активно обыгрывался коранический постулат о том, что павшие в бою за веру прямиком отправляются в рай.

Исламисты широко использовали наработанный в мире опыт в сфере агитационно-пропагандистской деятельности на основе современных технологий для привлечения в свои ряды рекрутов из-за рубежа. Их видео и печатные материалы выходили в свет на пяти европейских языках и пользовались в Интернете и социальных сетях немалой популярностью. Во многом в результате такой активности на мировом информационном поле к армии «халифата», по данным западных СМИ, примкнули около 3 тыс. граждан из Европы, США и республик бывшего СССР, в том числе из России (преимущественно из Чечни) (The New York Times. 15.09.14). По крайней мере, 95 % джихадистов, сражавшихся против сирийских правительственных войск, не были гражданами САР (http://www.mgimo.ru/news/experts/document261013.phtm).

«Вновь подтверждаем, — отмечалось в заявлении официального представителя МИД России А. К. Лукашевича, — наше решительное осуждение замыслов террористов укрепиться в Ираке, Сирии и других частях региона. Не вызывает сомнений, что те, кто свыше 10 лет назад вторглись в Ирак и продолжали навязывать свои решения и волю народам региона, во многом содействовали запуску процессов дестабилизации, плоды которых сегодня очевидны практически на всем Ближнем Востоке» (www.mid.ru 12.06.14).

На Западе же продолжали валить вину за активизацию исламистов с «больной головы на здоровую», бездоказательно утверждая, что она произошла из-за «действий властей Сирии», которые в действительности с самого начала конфликта были направлены на обуздание экстремистов.

28 июля 2014 г. Совет Безопасности ООН принял подготовленное по инициативе Российской Федерации Заявление Председателя по проблеме контрабандной нефтеторговли с террористическими организациями в Сирии и Ираке, которая превратилась в один из крупных источников финансовой подпитки экстремистов и радикалов, в том числе таких печально известных, как ИГИЛ и «Джабгат ан-нусра». Совбез ООН направил всем сторонам четкий и ясный сигнал о недопустимости любых подобных сделок с террористами. В заявлении было указано, что против нарушителей этого запрета могли быть задействованы санкционные меры по линии СБ. В документе подтверждались суверенитет и территориальная целостность Сирии и Ирака, что в том числе предполагался и их суверенный контроль над всеми природными ресурсами (www.mid.ru 29.07.14).

Как сообщил журналистам постпред РФ при ООН В. И. Чуркин, «у нас были двусторонние переговоры с Соединенными Штатами. И американская делегация сделала все, что в ее силах, чтобы как можно сильнее смягчить текст. Мы бы предпочли намного более сильное заявление» (ИТАР-ТАСС. 29.07.14).

Освободив из местных тюрем сотни по большей части осужденных за терроризм заключенных, разгромив административные здания и полицейские участки, а также шиитские мечети и христианские храмы, водрузив над Мосулом черные флаги «Аль-Каиды», джихадисты двинулись в сторону стратегически важных центров нефтедобычи в провинции Киркук и на юг, к Багдаду. На своем пути они захватили еще один провинциальный центр — родной город С. Хусейна Тикрит, а также крупнейший нефтеперерабатывающий завод в г. Бейджи, работу которого из-за боевых действий пришлось на время остановить, а иностранных специалистов срочно эвакуировать (А. А. 18.06.14). Город удалось очистить от исламистов лишь к началу ноября 2014 г.

Боевики захватили также центр по производству химоружия, который использовался во времена правления С. Хусейна, а затем получили доступ к радиоактивным материалам (ок. 40 кг соединений урана), хранившимся в научных и учебных целях в университете Мосула (Газета.Ру. 20.06.14; ИТАР-ТАСС. 10.07.14).

В сентябре 2014 г. МИД России призвал Организацию по запрещению химического оружия провести тщательное, беспристрастное и комплексное расследование случаев возможного использования химоружия боевиками в Ираке и Сирии, которые «поднаторели в применении токсичных химикатов в качестве боевых отравляющих веществ», сваливая затем вину на сирийские правительственные войска (Интерфакс; ИТАР-ТАСС. 17.09.14).

Вскоре экстремисты, изуверства которых и казни, в том числе и через распятие, 1700 пленных новобранцев иракской армии, в частности, получили леденящее кровь освещение во всем мире через Интернет, приблизились к Багдаду на расстояние менее чем в 100 км, не встречая по сути дела сопротивления 350-тысячной иракской армии, на обучение и перевооружение которой после своего ухода в 2011 г. американцы затратили 41,6 млрд долл. (The Independent. 20.06.14). Эти немалые средства оказались по большей части разворованными. В результате плохо подготовленные армейские подразделения спасались бегством раньше мирных жителей, бросая боевую технику и вооружения, в том числе полученные от США (EuroNews. 13.06.14).

По данным замгенсека ООН по гуманитарным вопросам В. Амос, к началу июня 2014 г. около 1,2 млн жителей Ирака были вынуждены оставить свои жилища, спасаясь от нашествия исламистов (Интерфакс. 02.06.14).

Расширяя земли своего будущего государства, боевики захватили ряд ключевых КПП на границе с Иорданией, после серии громких терактов в остававшемся политически и конфессионально разбалансированном Ливане там также стали нарастать опасения активизации исламистов из ИГИЛ (А. А. 28.06.14).

«По нашей оценке, — отмечалось в комментарии Департамента информации и печати МИД России, — противодействие укреплению позиций терроризма и экстремизма в ближневосточном регионе приобретает в настоящее время приоритетное значение. Активное трансграничное перемещение радикалов, в распоряжении которых оказались значительные арсеналы вооружения и денежные средства, создают серьезную угрозу для всех расположенных там государств. Для того чтобы справиться с этим опасным вызовом, необходимы реальные консолидированные шаги по содействию политическому урегулированию острых кризисов и конфликтов, прежде всего, в Сирии. Убеждены, что нельзя остановить террористов, прямо или косвенно поощряя нестабильность и вооруженную конфронтацию, внутренние противоречия и расколы в ущерб диалогу и нормализации» (www.mid.ru 25.06.14).

Руководство ИГИЛ в первый день священного для всех мусульман месяца рамадан (29 июня 2014 г.) демонстративно объявило о восстановлении исчезнувшего век назад халифата и о своем переименовании в «Исламское государство», намеренно опустив всякую географическую привязку к местности. «Халифом всех мусульман» был объявлен глава ИГИЛ, иракец А. Б. аль-Багдади, которого стали величать халиф Ибрагим. В западных СМИ его тут же нарекли новым Бен Ладеном.

Появление на политической арене Ирака этого деятеля, в прошлом преподавателя шариата, было вызвано оккупацией страны западной коалицией в 2003 г. Пройдя боевую школу Афганистана, аль-Багдади (настоящее имя Ибрагим Аввад Ибрагим Али аль-Бадри ас-Самарраи) влился в ряды сопротивления и скоро выдвинулся в нем на руководящие позиции. В 2004 г. он был арестован американцами и некоторое время отсидел в тюрьме «Кэмп Бука» в Ираке. Затем вдруг, несмотря на тяжкие обвинения в террористической деятельности, при загадочных обстоятельствах был отпущен. Как поведал бывший сотрудник Агентства национальной безопасности США Э. Сноуден, он был завербован ЦРУ, как и боевики «Аль-Каиды» А. Х. Бельхадж и шейх Х. Шариф, сыгравшие видную роль в свержении М. Каддафи в Ливии. Наряду с ЦРУ новоявленный «халиф» также сотрудничал с британской и израильской разведками (http://www.mgimo.ru/news/experts/document261013.phtm).

С того времени американцы неоднократно объявляли о его ликвидации, однако эти сообщения оказывались «несколько преувеличенными» (Le Monde. 30.06.14). В мае 2013 г., к примеру, с ним и другими «лидерами» антиасадовского фронта вблизи сирийского г. Идлиб, незаконно перейдя турецкую границу, встречался и фотографировался одиозный американский «ястреб» — сенатор Дж. Маккейн (http://ru.journal-neo.org/2014/10/20/rus-kto-stoit-za-islamskim-gosudarstvom-kuda-dvizhetsya-konflikt-na-blizhnem-vostoke/).

Вступив на высокий пост, «халиф» тут же призвал всех мусульман мира к джихаду (Газета.Ру. 01.07.14). Этот во многом пропагандистский шаг руководства ИГИЛ не встретил понимания многих сирийских исламистских группировок, в том числе и «Джабгат ан-нусра». «Мы считаем, — говорилось в распространенном ими в Интернете заявлении, — что провозглашение халифата является пустым и бесполезным, юридически и логически» (Интерфакс. 01.07.14).

Не поддержал нового «халифа» и глава Всемирного союза мусульманских богословов шейх Ю. аль-Кардауи, заявив, что «исламский халифат не может быть установлен при помощи силы. Оккупация страны и убийство половины ее населения не есть провозглашение исламского государства. Это — терроризм» (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (30 июня — 6 июля 2014 года) // www.iimes.ru).

Вскоре население занятых исламистами районов на собственном горьком опыте почувствовало все «прелести» их правления. Жители Мосула, к примеру, из расклеенных по всему городу плакатов узнали, что должны предоставлять своих незамужних дочерей бойцам ИГ для ««джигад ан-никах» — «сексуального джихада». Всем ослушавшимся этого указания грозило наказание по всей строгости законов шариата (Focus. 10.07.14). Страждущие плотских утех боевики нередко наведывались в дома мирных жителей в поисках вожделенной добычи. Не забыли исламисты и одиноких женщин, которые могли зарегистрировать свой брак с активистами ИГ в специально открытом для этого бюро на севере Сирии (The Arab News. 29.07.14). Стремясь закрепиться в захваченных районах, джихадисты установили выплату молодоженам в 1200 долл. и гарантировали им предоставление полностью меблированного жилья (А. А. 29.08.14).

Во второй половине июля исламисты выдвинули ультиматум: все христиане Мосула должны были либо принять ислам, либо платить специальный налог на немусульман, либо покинуть город, что тысячи из них и сделали, перебравшись в соседнюю Курдскую автономию. Террористы захватили также монастырь Мар-Бенем близ Мосула, потребовав от его служителей оставить святыню (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (14–20 июля 2014 года) // www.iimes.ru;www.mid.ru 22.07.14). Попутно они взорвали историческую мечеть Пророка Ионы вместе с его усыпальницей (The Arab News. 25.07.14). После исхода христиан из Мосула исламисты принялись за курдов, исконно проживавших в этом городе.

Вскоре пришла очередь и других конфессиональных меньшинств: после глубокого продвижения на север Ирака и к границам с Турцией джихадисты потребовали под страхом смерти от живших там с доисламских времен курдов-езидов (около 40 тыс. приверженцев) принять ислам или платить налог на немусульман. Отказывавшихся, в том числе и молодых людей, массово (около 500 чел.) и показательно казнили, в том числе закапывая заживо, 300 женщин были проданы в рабство (Die Welt. 04.08.14). Несколько десятков тысяч езидов были вынуждены бежать в горы, где оказались в критическом положении без воды и продовольствия. Продолжались репрессии и против других религиозных меньшинств: христиан, туркоман и др. Около 1000 семей беженцев приняла разоренная войной Сирия, которую исламисты из ИГ и других группировок также не оставляли в покое, пытаясь выйти через ее территорию в районе Алеппо к границе с Турцией (Le Monde. 12.08.14).

Одновременно джихадисты приблизились к столице Иракского Курдистана — до того относительно спокойному г. Эрбилю, где обосновались многие американские и европейские нефтяные компании, которым пришлось срочно эвакуировать свой персонал (А. А. 08.08.14).

Натиск джихадистов разворачивался под аккомпанемент взрывов террористов-смертников, один из них подорвал себя 14 июня на одной из центральных и оживленных улиц в Багдаде, унеся жизни девяти человек и ранив более 20 мирных граждан (Reuters. 15.06.14). Только в июне 2014 г., по данным ООН, от злодеяний экстремистов в Ираке (не считая жертв в провинции Анбар) погибли более 2400 человек (из них около 1500 гражданских лиц) и 2200 получили ранения (Le Monde. 01.07.14). Нескончаемая череда терактов продолжалась и в следующем месяце:7 июля в Багдаде в очередной раз камикадзе подорвал заминированный автомобиль, в результате 7 человек погибли и 17 получили ранения (РИАН. 07.07.14). Через пять дней исламисты штурмом взяли и разгромили подпольные публичные притоны в Багдаде, лишив жизни 29 их обитательниц и 4 клиентов, оставив на двери угрожающую надпись — «такая судьба ждет всех потаскух». В конце второй декады июля в Багдаде взорвалось сразу несколько заминированных автомобилей, в итоге 12 человек погибли и около 40 получили ранения; через несколько дней новый взрыв в столице унес жизни, по меньшей мере, 23 человек и ранил более 40 (РИАН. 19.07.14; Regnum. 23.07.14).

«Бесчинства исламских радикалов, — отмечалось в комментарии Департамента информации и печати МИД России в связи с нарастанием насилия в Ираке, — заслуживают самого решительного осуждения. Происходящее в Ираке в очередной раз подтверждает, что терроризм является абсолютным злом, для борьбы с которым должны предприниматься скоординированные усилия всех ответственных представителей мирового сообщества, с исключением каких бы то ни было двойных стандартов.

Поддерживаем действия иракских властей по бескомпромиссной борьбе с террористами. Призываем все иракские политические силы прийти к договоренностям в духе национального консенсуса, что позволит дать эффективный отпор любым проявлениям экстремизма и терроризма в Ираке» (www.mid.ru 08.08.14).

Свергнутый исламистами губернатор провинции Найнава, младший брат политического оппонента Н. аль-Малики, спикера парламента У. ан-Нуджейфи, чудом избежавший пленения и гибели и сбежавший в г. Эрбиль, тут же обвинил в сдаче своей провинции центральные власти во главе с «шиитским диктатором» Н. аль-Малики. Новым губернатором Найнавы джихадисты назначили бывшего офицера из командного состава армии С. Хусейна, поспешно и неосмотрительно распущенной американцами после оккупации Ирака в 2003 г.

«Активизация экстремистов в Ираке, — отмечалось вкомментарии Департамента информации и печати МИД России, — а также их подрывная деятельность в Сирии, осуществляемая при масштабной внешней финансовой и материальной подпитке, чреваты появлением в сирийско-иракском приграничье масштабного очага терроризма, который может угрожать не только Сирии и Ираку, но также всем странам региона и международному сообществу в целом. В Москве солидарны с действиями Багдада по решительному отпору исламистам и нацелены на дальнейшее оказание практической поддержки иракским властям в их бескомпромиссной борьбе с терроризмом. По-прежнему убеждены, что прочной преградой на пути экстремистов будет достижение иракского национального согласия, консолидация усилий по решению назревших проблем посредством широкого диалога и выработки консенсусных договоренностей между всеми участниками внутрииракского политического процесса» (www.mid.ru 17.06.14).

Однако такого согласия в условиях раздиравшегося внутренними этноконфессиональными противоречиями и соперничеством Ирака достичь было непросто. Об этом свидетельствовало и первое заседание нового парламента, состоявшееся 1 июля 2014 г. Принеся присягу, парламентарии так и не смогли избрать президента, премьер-министра и своего спикера и после двух часов острых словесных баталий и перепалок разошлись. Новый спикер был избран лишь 15 июля, им стал умеренный суннит С. аль-Джабури, а 24 июля президентом Ирака стал умеренный курдский деятель Ф. Маасум (ИТАР-ТАСС. 24.07.14). Его противники тут же заявили о его нелегитимности как лица, имевшего двойное гражданство — иракское и британское, что для руководящих деятелей запрещалось конституцией страны (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (21–27 июля 2014 года) // www.iimes.ru).

Экстремисты «приветствовали» нового президента подрывом двух заминированных автомобилей в самом центре Багдада близ закусочных, где благоверные готовились разговеться после захода солнца в священный месяц мусульманского поста — рамадан. 20 из них навсегда лишились возможности исполнять религиозные предписания, 33 других были ранены (The Arab News. 25.07.14).

После избрания президента, исполнявшего во многом протокольные функции, парламентариям предстояло самое трудное — определиться с кандидатурой премьер-министра, основного действующего лица в государственной системе. Главным камнем преткновения на пути принятия такого судьбоносного решения стало горячее желание Н. аль-Малики пойти на третий срок премьерства.

Оказавшись в сложном положении, Н. аль-Малики обвинил военное командование, а также своих политических оппонентов из суннитского и курдского лагерей в антигосударственном «заговоре», отдал часть военачальников под суд, обратился к парламенту с просьбой о срочном введении в стране чрезвычайного положения и обещал вооружить добровольцев для помощи армии в борьбе с экстремистами (Le Monde. 11.06.14). Расколотый по конфессиональному признаку парламент эту инициативу премьера не поддержал, оппозиционные депутаты из числа суннитов и курдов просто не явились на заседание, опасаясь усиления диктаторских замашек Н. аль-Малики. Министр иностранных дел Ирака курд Х. Зебари сравнил сложившуюся в стране ситуацию с той, которая создалась после падения режима С. Хусейна (А. А. 13.06.14).

Вместе с тем содержавшийся в фетве духовного лидера иракских шиитов великого аятоллы А. ас-Систани призыв к защите отечества от террористов нашел среди населения южных шиитских районов широкий отклик. Число вставших под ружье ополченцев — шиитов в первые же дни превысило 80 тыс. человек. Этот порыв был поддержан и радикальным шиитским аятоллой М. ас-Садром, за которым стояла целая армия Махди (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (9–15 июня 2014 года) // www.iimes.ru).

В политических кругах Ирака в фетве ведущего шиитского богослова усмотрели опасность нарушения хрупкого религиозного равновесия, которое и так с большим трудом удавалось поддерживать в кризисных условиях многоконфессиональной страны.

Эти опасения по ходу боевых действий против ИГ к осени 2014 г. стали оправдываться: военному командованию нередко приходилось распускать и отправлять по домам шиитские добровольческие формирования, участники которых вместо сражений с исламистами на передовой предпочитали «шалить» в тылу, громя жилища и растаскивая имущество мирных суннитов (Die Frankfurter Allgemeine Zeitung. 14.11.14).

На сторону своих единоверцев в Багдаде тут же встал Иран, президент которого Х. Рухани заявил, что «великий иранский народ сделает все ради защиты святых для шиитов мест в Ираке» (La Stampa. 20.06.14).

При этом иранское руководство не исключило гипотетическую возможность сотрудничества даже со своими архиврагами — американцами в отражении натиска экстремистов (А. А. 15.06.14). «На полях» переговоров по ядерной программе Ирана в Вене между сторонами прошли краткие обсуждения этого вопроса, которые не дали результата (А. А. 18.06.14). С ведома американцев по мере развития наступления исламистов на Багдад в нем «для консультаций» побывал командир одного из соединений элитных иранских войск — «Аль-Кудс» (Иерусалим) генерал К. Сулеймани (А. А. 18.06.14). В начале июля в СМИ появились сообщения о направлении в Ирак трех штурмовиков СУ-25, переданных Ирану на хранение еще в ходе войны «Буря в пустыне» 1991 г. По сведениям главы объединенного комитета начальников штабов (генштаба) ВС США генерала М. Демпси, Тегеран предоставил также Багдаду несколько беспилотников (The Arab News. 05.07.14).

Чтобы не допустить доминирования Ирана в противодействии суннитским экстремистам и снять подозрения в их поддержке, король Саудовской Аравии под аплодисменты Вашингтона отдал распоряжение о выделении в помощь Ираку полумиллиарда долларов и направлении на границу с ним (протяженностью в 814 км) 30 тыс. военнослужащих после сообщений о том, что иракские пограничники покинули свои позиции (ИТАР-ТАСС. 03.07.14).

Н. аль-Малики попытался, было, привлечь к защите от террористов своих американских патронов с их беспилотниками и блок НАТО, однако получил в ответ лишь общие обещания поддержки, призывы к национальному единению и пожелания иракцам справляться с проблемой самостоятельно. Б. Обама не горел желанием вновь погружаться в иракскую трясину и не видел в Багдаде надежных партнеров. На всякий случай часть сотрудников американского посольства — крупнейшего в мире (в его штате числилось 5500 служащих) и ряда компаний были спешно эвакуированы (Le Monde. 17.06.14). Их примеру последовали дипломаты из Австралии, а также сотрудники ООН (РИАН. 16.06.14). Экс-госсекретарь США Х. Клинтон нехотя признала в те критические дни, что опрометчивое вторжение в Ирак в 2003 г. «было ошибкой» (Россия I.13.06.14). Уклонились под разными предлогами от вмешательства в иракские дела и страны НАТО.

Тем временем курдские военизированные подразделения под громким названием «пешмерга» (идущие на смерть) воспользовались бегством правительственных войск, чтобы занять спорную провинцию Киркук с ее богатейшими нефтяными месторождениями, расширив территорию автономии почти на 40 % (А. А. 13.06.14). М. Барзани объявил о подготовке в течение ближайших месяцев референдума о полной независимости Курдистана, коли «Ирак итак фактически развалился» (А. А. 02.07.14) Израиль тут же призвал мировое сообщество поддержать независимость курдов, дабы записать их в свои союзники и несколько ослабить международный нажим на Тель-Авив по зависшим по его вине проблемам БВУ (Интерфакс. 30.06.14). Курдское руководство от сомнительного и чреватого многими региональными опасностями альянса с израильтянами поспешило уклониться (The Arab News. 05.07.14).

Реакция Багдада и Вашингтона на замыслы курдских лидеров была весьма негативной. Н. аль-Малики прямо обвинил Эрбиль в пособничестве исламским экстремистам, в том числе и каидовцам. В ответ руководители автономии назвали его «истериком», которому не место у власти, и во главе с министром иностранных дел Х. Зибари стали бойкотировать работу центрального правительства (EuroNews. 09.07.14; The Arab News. 10.07.14).

Напряженным оставалось положение и в суннитской мятежной провинции Анбар с захваченными боевиками ИГ Рамади и Аль-Фалуджей. Ирак оказался на грани распада на три части: шиитскую, суннитскую и курдскую.

Опасаясь мести шиитов, суннитские соплеменники казненного С. Хусейна загодя тайно перезахоронили его останки, уберегая их от возможного глумления (The Arab News. 07.08.14). Такие опасение оказались совсем не безосновательными: шиитские боевики осквернили и сожгли мавзолей бывшего президента Ирака (Интерфакс. 06.08.14).

Сбывались самые худшие предвидения Москвы: терроризм на Ближнем Востоке, благодаря потворству Запада и его партнеров, все больше приобретал трансграничный характер, подрывая региональную стабильность, и борьба с ним заметно осложнялась.

После долгих размышлений и консультаций со своими сподвижниками Б. Обама принял решение направить в Персидский залив авианосец с много напоминающим названием «Джордж Буш» с ракетным крейсером, эсминцем и десантным кораблем в придачу «для получения большей гибкости при защите американских граждан и интересов США в Ираке» (А. А. 15.06.14). Позднее в Вашингтоне было принято решение командировать в страну три сотни военных советников, а для обеспечения безопасности американского посольства — около 300 спецназовцев. По мере ухудшения обстановки в Ираке их число было увеличено на 200 бойцов (ИТАР-ТАСС. 17.06.14; Le Monde. 01.07.14). Беспилотники же и самолеты с авианосца использовались американцами в разведывательных и наблюдательных целях лишь для защиты своих дипломатов и военнослужащих и только в столичном регионе (Le Monde. 28.06.14).

Б. Обама призвал иракских руководителей преодолеть внутренний раскол и добиться национального единства для повышения эффективности американского содействия в борьбе с исламистами (Интерфакс. 16.06.14; РИАН. 21.06.14). Он пообещал, что в Вашингтоне при необходимости рассмотрят возможность нанесения не массированных, как просил Багдад, а «точечных ударов» по наземным целям, но нового американского военного вмешательства во внутренние иракские дела не будет (The Arab News. 21.06.14).

Глава генштаба ВС США, генерал М. Демпси был по-военному более прямолинеен, заявив, что распоясавшиеся в Ираке джихадисты угрозу национальным интересам США не представляли, поэтому прямого вмешательства американцев в развитие ситуации там не будет. По его словам, Соединенные Штаты к тому времени пока не сделали окончательных выводов по поводу способностей руководства Ирака управлять государством. Американцам было якобы «непонятно, является ли еще багдадское правительство силой, которая представляет весь Ирак, как неизвестно и то, удастся ли ему удержать власть». Только после прояснения данных вопросов в Вашингтоне, по мнению военачальника, могли принять решение об оказании той помощи, «которую можем оказать». Командование ВС США полагало, что власти Ирака не могли без посторонней помощи восстановить контроль над территориями, захваченными боевиками. Генерал отметил, что правительственные силы были в состоянии оборонять Багдад, но не имели «логистических возможностей для перехода в наступление». Он тоже обусловил американскую помощь Багдаду формированием «правительства национального единства» (А. А.; The Arab News. 05.07.14; Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (30 июня — 6 июля 2014 года) // www.iimes.ru).

Для проведения соответствующей разъяснительной работы с иракскими руководителями в Ирак дважды наведывался Дж. Керри, а также тогдашний глава МИД Великобритании У. Хейг (Le Monde. 23.06.14). Они вели переговоры как в Багдаде, так и в Эрбиле. Их призывы «преодолеть внутренние разногласия и сплотиться, чтобы сообща противостоять угрозе терроризма» Н. аль-Малики и М. Барзани встретили без энтузиазма (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (23–29 июня 2014 года) // www.iimes.ru).

Против любого иностранного вмешательства в иракские дела решительно выступил Тегеран, заявив, что иракский народ в силах самостоятельно справиться с возникшими трудностями (РИАН. 15.06.14). «То, что произошло в Ираке, — заявил посетивший в то время Москву замминистра иностранных дел Ирана Х. А. Абдоллахийан, — результат внешнего вмешательства, а также проект внешнего планирования Соединенных Штатов. Американцы хотят создать новую Украину» (Интерфакс. 01.07.14). Американо-иранского сотрудничества в Ираке, как и следовало ожидать, не получилось.

Российский МИД высказал предостережение относительно нанесения военных ударов по иракской территории без санкции СБ ООН, что грозило бы повторением трагедии в этой стране десятилетней давности (www.mid.ru 19.06.14).

Призыв Б. Обамы к национальному единству в Ираке был услышан каждой из конфликтовавших группировок по-своему: между ними разгорелись ожесточенные споры вокруг поиска виновных в сдаче Мосула и борьба за изыскание путей к такому единству, которое отвечало бы прежде всего их собственным политическим интересам.

В такой обстановке Дж. Керри не нашел ничего лучшего, как обратиться к одному из лидеров «умеренной» сирийской оппозиции А. аль-Джарбе с просьбой подключиться к сдерживанию наступления исламистов в Ираке, явно переоценивая его устремления и возможности. Тот в ответ, как и можно было предполагать, затянул старую песню о необходимости более широкой американской помощи «сирийским революционерам» (Le Monde. 27.06.14). Американская политика в регионе вновь продемонстрировала всю свою непоследовательность: разнообразно помогая исламистам в Сирии, США одновременно противились им в Ираке. В начале июля в печати появились сообщения о рассмотрении в Вашингтоне возможности сотрудничества с официальным Дамаском в борьбе с экстремистами ИГ (ИТАР-ТАСС. 03.07.14).

«Последние события в Ираке, — отметил С. В. Лавров, — показали, сколь опасно делить террористов на хороших и плохих, и показали, что попустительство экстремистам в расчете на достижение каких-то конъюнктурных результатов в конечном итоге оборачивается против интересов тех, кто такую линию проводит» (ИТАР-ТАСС. 03.07.14).

Содействие Багдаду в борьбе с джихадистами не на словах, а на деле пришло с другой стороны: чувствительные удары по их позициям на территории Ирака нанесла военная авиация Сирии, как она сделала позднее и в Ливане, куда вторглись боевики «Джабгат ан-нусра» (А. А. 28.06.14). Тогда же в Ирак поступила первая партия из закупленных в России штурмовиков Су-25 и ударных вертолетов, за которой последовали вторая и третья. В сентябре была доставлена вторая партия вертолетов Ми-28. Местные пилоты для них из числа суннитов были подготовлены еще во времена СССР, но разогнаны американцами, что толкнуло многих в ряды боевиков (ИТАР-ТАСС. 29.06.14). Для оказания помощи иракцам в освоении, но не боевом использовании прибывшей техники в Багдад были направлены российские специалисты (Интерфакс. 30.06.14). К началу октября 2014 г. Россия поставила Ираку первую партию новых систем ПВО, включая ракетно-зенитные комплексы «Панцирь-С1», переносные ПЗРК «Игла-С» и опорно-пусковые установки «Джигит» (Российская газета. 02.10.14).

«Поддерживаем Правительство и политические силы Ирака, — подчеркивалось в комментарии Департамента информации и печати МИД России, — в их противодействии боевикам всеми имеющимися средствами. При этом по-прежнему убеждены — надежным заслоном на пути экстремистов будет достижение национального согласия, консолидация усилий по решению назревших проблем посредством широкого диалога и выработки консенсусных договоренностей между всеми участниками внутрииракского политического процесса» (www.mid.ru 11.06.14).

Прибытие российских боевых самолетов вынудило Вашингтон объявить об «отсутствии возражений» против поставок российской авиатехники (сказывались рудименты прежнего оккупационного мышления) и опровергнуть заявление премьера Н. аль-Малики о том, что США якобы умышленно задерживали отправку Ираку своих 18 истребителей F-16 из опасений их передачи Ирану (РИАН. 28.06.14). В то же время США недальновидно и политически заангажированно выступили против участия Сирии в подавлении экстремистов в Ираке (Интерфакс. 27.06.14).

Глубинные причины и предпосылки резкого обострения внутриполитической ситуации в Ираке раскрыл С. В. Лавров, отвечая на вопросы представителей российских СМИ. «Нас очень тревожит, — заявил он журналистам, — то, что происходит в Ираке. Мы давно предупреждали, что авантюра, которую затеяли англичане и американцы, добром не кончится. Одиннадцать лет назад президент США объявил о “победе демократии” в Ираке, и с тех пор ситуация деградировала в геометрической прогрессии. Единство Ирака поставлено под вопрос.

Разгул терроризма в этой стране происходит, прежде всего, потому что оккупационные войска не уделяли внутриполитическому процессу практически никакого внимания, не способствовали национальному диалогу, занимались исключительно своими собственными интересами. По внутриполитическим соображениям Соединенных Штатов вывод войск состоялся, когда иракские силы безопасности были далеко не готовы к обеспечению закона и порядка на всей территории страны. На протяжении всех этих лет мы последовательно предупреждали о безответственности подобной политики и, к сожалению, сейчас не можем радоваться тому, что эти прогнозы оправдываются. Мы солидарны с иракским руководством и народом, который должен установить мир и безопасность в своей стране» (www.mid.ru 12.06.14).

Высказывая позицию России, С. В. Лавров отметил, что иракскую проблему надо было решать «всем миром» и при непременном участии соседей этой страны. Действуя в этом направлении, к концу июля 2014 г. Москва предложила провести международный форум по Ираку с учетом роста террористической угрозы в этой стране и в регионе в целом (www.mid.ru 21.07.14).

Опасность развития событий признавали и в ООН: 30 июля СБ единогласно продлил на очередной год срок полномочий Миссии Объединенных Наций по оказанию содействия Ираку, исходя из того, что в стране сложилась экстремальная обстановка после того, как исламисты взяли под контроль треть ее территории (Интерфакс. 30.07.14). Ирак, по меткому определению С. В. Лаврова, буквально «трещал по швам» (www.mid.ru 04.08.14).

В начале августа 2014 г. ситуация еще более осложнилась после захвата джихадистами, сломившими сопротивление отрядов «пешмерга», 17 городов на севере Ирака и крупнейшей в стране плотины близ Мосула, что позволяло им контролировать и выгодно сбывать значительные энергетические и водные ресурсы. Затем они глубоко продвинулись на север, к границе с Турцией для дальнейшего приращения территории «халифата». Тысячи людей были вынуждены бежать под их натиском куда глаза глядят, пополняя и без того многочисленные ряды беженцев, нуждавшихся в срочной гуманитарной помощи (Die Welt. 04.08.14). На фоне дальнейшей экспансии исламистов ООН объявила о высшем третьем уровне гуманитарного кризиса в Ираке, где общее число беженцев превысило 1,3 млн человек (EuroNews. 15.08.14).

Все эти тревожные события разворачивались на фоне нескончаемой череды терактов в Багдаде и других городах Ирака, уносивших десятки жизней.

Ухудшение положения в Ираке, разрастание территории «халифата», неспособность руководства страны дать отпор натиску исламистов, неукротимое превращение ИГ в региональную деструктивную силу побудили Б. Обаму в первой декаде августа санкционировать впервые со времен оккупации Ирака точечные удары с воздуха по позициям экстремистов «для защиты американского персонала» и доставку гуманитарной помощи «ради спасения тысяч мирных иракцев, которые находятся в ловушке в горах без еды и воды» под угрозой геноцида (РИАН. 08.08.14). Памятуя недавний тяжкий опыт, президент в телеобращении к нации тут же поспешил успокоить сограждан, заявив, что он как главнокомандующий не позволит, «чтобы США были втянуты в другую войну в Ираке. Хотя мы и поддерживаем иракцев в их борьбе с террористами, американские боевые части не вернутся воевать в Ирак», — заверил он (Интерфакс. 08.08.14).

Первый удар американская авиация и беспилотники нанесли уже 8 августа по позициям, с которых артиллерия боевиков обстреливала отряды «пешмерга», защищавших г. Эрбиль, где находилось консульство США и немало американских специалистов. Позднее туда было направлено дополнительно 130 военных советников (EuroNews. 13.08.14). К середине августа на гору Синджар, куда, по одной из версий, причалил Ноев ковчег, высадилась группа из 20 морпехов для подготовки эвакуации укрывшихся на ней многих тысяч езидов и христиан (Россия I. 14.08.14). К тому времени диапазон целей американских ВВС на севере Ирака расширился, в него вошли и позиции исламистов близ Мосульской плотины (Интерфакс. 18.08.14). Благодаря помощи с воздуха силы «пешмерга» восстановили контроль над этим важным объектом.

Одновременно бедствовавшим в горах десяткам тысяч изгнанников с иракских и американских самолетов начали сбрасывать продукты питания и воду (РИАН. 08.08.14). Аналогичную гуманитарную помощь беженцам стали оказывать Франция, Великобритания и Австралия, а позднее и Германия. В итоге блокада горы была прорвана и потребность в эвакуации с иностранной помощью укрывшихся на ней отпала.

Многие в США высказывали сомнения в целесообразности и эффективности нового вмешательства в иракские дела на фоне продолжавшегося в Багдаде внутриполитического разлада. Великий муфтий А. ас-Систани в первой декаде августа выступил за уход Н. аль-Малики с премьерского поста для достижения межконфессионального согласия и консолидации иракского общества и государства перед натиском экстремистов. Однако даже этот весьма авторитетный призыв верховного духовного лидера шиитов Ирака сторонниками Н. аль-Малики услышан не был (А. А. 08.08.14). Сам премьер, которого официально никак не назначали на третий срок, подал на президента в суд, обвинив его в нарушении конституции. Вердикт суда оказался в пользу премьера. На центральных перекрестках Багдада появились танки спецвойск, в свое время сформированных Н. аль-Малики (РИАН. 11.08.14).

Дж. Керри пришлось подтвердить «полную поддержку США Ф. Маасуму» и вновь призвать иракцев к «спокойствию и консолидации рядов». Он также выразил надежду, что «Н. аль-Малики перестанет мутить воду» (The Arab News. 11.08.14). Назначение 11 августа премьер-министром Ирака близкого соратника и однопартийца Н. аль-Малики, вице-спикера парламента Х. аль-Абади СБ ООН, США, ЕС и НАТО сочли вполне конституционным и призвали его «как можно скорее сформировать инклюзивное правительство», на что по конституции было отпущено 30 дней (Интерфакс. 12.08.14). Кандидатура нового премьера Ирака получила одобрение руководства курдской автономии, в арабских странах и ЛАГ. Тегеран также не возражал, что и побудило Н. аль-Малики 14 августа объявить о своей отставке и отозвать судебный иск (EuroNews. 15.08.14). Позднее ему достался «утешительный» и во многом формальный пост вице-президента страны, которым он не удовлетворился и в середине октября 2014 г., когда боевики ИГ приближались к предместьям Багдада, предпочел вместе со 140 верными офицерами скрыться в неизвестном направлении (EuroNews. 09.09.14; http://ru.journal-neo.org/2014/10/20/rus-kto-stoit-za-islamskim-gosudarstvom-kuda-dvizhetsya-konflikt-na-blizhnem-vostoke/).

«В Москве, — отмечалось в комментарии Департамента информации и печати МИД России, — поддерживают идущий в конституционном русле иракский политический процесс. Рассчитываем, что все ответственные политические силы будут действовать в духе коллегиальности, уважать государственный суверенитет и руководствоваться интересами достижения стратегических целей национального развития.

Убеждены, что перед лицом общей угрозы иракцы способны консолидироваться и подойти к решению всех имеющихся противоречий исключительно мирным путем в рамках инклюзивного национального диалога с участием всех этноконфессиональных групп страны.

Со своей стороны, Россияпродолжит оказывать содействие дружественному Ираку в целях эффективного отпора террористической угрозе» (www.mid.ru 14.08.14).

Экстремисты отреагировали на эти важные подвижки в Багдаде в своем традиционном духе: у пропускного пункта близ дома Х. аль-Абади смертник взорвал начиненный взрывчаткой автомобиль, порешив сразу несколько человек из случайных прохожих (EuroNews. 13.08.14).

Новый осложняющий элемент в обстановку внесли американцы, когда в «полной координации с центральными властями» приступили к оказанию помощи «пешмерга» вооружениями и боеприпасами. Позднее еще семь стран — Албания, Канада, Хорватия, Дания, Италия, Франция и Великобритания — объявили о намерении поставлять, по согласованию с Багдадом, оружие и военную технику курдским региональным властям (РИАН. 15.08.14; ИТАР-ТАСС. 27.08.14).

В иракской столице иностранная военная помощь «региональным силам» не всеми была воспринята с пониманием, а многими — с настороженностью. Командование сухопутных войск Ирака предупредило западников о недопустимости «односторонних действий в этой сфере, нарушающих государственный суверенитет» (Die Frankfurter Allgemeine Zeitung. 18.08.14). Позднее премьер Х. аль-Абади заявил, что власти Ирака не допустят существования на территории страны каких-либо вооруженных группировок, неподконтрольных Багдаду, и свободного перемещения оружия (Интерфакс. 25.08.14).

Эти события разворачивались на прежнем мрачном фоне сохранявшейся внутриполитической нестабильности и межконфессиональных распрей. В третьей декаде августа в провинции Дияла шиитские ополченцы, ворвавшись в мечеть, расстреляли из автоматов молившихся там 70 суннитов и ранили еще 20. В отместку смертник на автомобиле влетел в штаб-квартиру разведслужб в Багдаде, убив, по меньшей мере, 8 человек (The Arab News. 22.08.14). Накануне такой же «смельчак» на набитом доверху взрывчаткой военном внедорожнике врезался в толпу военнослужащих и шиитских ополченцев близ г. Тикрит, ликвидировав 9 человек (The Arab News. 23.08.14). В конце августа в результате серии терактов, проведенных боевиками ИГ в Багдаде и других городах Ирака, погибло 43 человека и десятки получили ранения. От одного лишь самоподрыва смертника возле одной из шиитских мечетей (хусейний) Багдада жизни лишились 15 верующих и 32 были ранены (Интерфакс. 25.08.14). В последующий период волна зверских терактов в Ираке на религиозной почве не спадала: только за два дня 19–20 октября 2014 г. в результате подрыва автомобилей террористами-смертниками из ИГ близ хусейний в Багдаде погибло три десятка выходивших после молитвы верующих и более полусотни были ранены (Le Monde. 20.10.14). Такие кровавые выходки весьма напоминали ожесточенные межконфессиональные столкновения, пик которых приходился на 2006–2007 гг., и не помогали формированию правительства национального единства, способного дать отпор натиску исламистов.

Сами же исламисты из ИГ пригрозили «потопить США в крови» и выложили в Интернете жуткую запись казни через отрезание головы американского журналиста Дж. Фоули, захваченного в Сирии еще два года назад (Первый канал. 20.08.14). Через несколько дней они задержали близ Алеппо еще четверых иностранцев: двух итальянок, датчанина и японца. Всего к концу августа у них в плену находилось 20 иностранцев (Первый канал. 22.08.14).

По заявлению официального представителя Б. Асада Б. аш-Шаабан, Дж. Фоули был убит еще в 2013 г. Вначале журналиста задержали боевики из покровительствуемой США «Свободной сирийской армии», которые вскоре передали неудобного пленника на растерзание «Исламскому государству» (Звезда; РИАН. 26.08.14). Боевики придерживали видео расправы с ним до подходящего момента, чтобы выложить его в Интернет, и дождались. Оно вызвало на Западе настоящий шок.

В своем обращении прервавший летний отпуск Б. Обама назвал ИГ «раковой опухолью» и пообещал совместными усилиями не допустить ее разрастания. Об истинных причинах ее появления и о двойственных подходах американского руководства к ней в Сирии (там они считались оппозиционерами) и Ираке (где они вдруг стали отъявленными террористами) в выступлении не было сказано ни слова (Le Monde. 20.08.14).

Глава Пентагона Ч. Хейгл, развивая мысль своего шефа, объявил ИГ «самой опасной угрозой для США, главной террористической группой, поопаснее самой “Аль-Каиды”, но затем совсем нелогично заключил, что бороться с ней надо, свергая режим Б. Асада» (Le Monde.22.08.14). «Они, — по его тревожной оценке, — не просто террористическая группировка. Они фанатично привержены конкретной идеологии, они разбираются в стратегии, они ловки в тактике, их чрезвычайно хорошо финансируют. Так что мы еще ничего подобного не видели» (Интерфакс; РИАН. 22.08.14).

В Москве убийство американского журналиста было воспринято резко отрицательно как дикость и варварство. «Мы видим, — заявил Председатель Государственной Думы РФ С. Е. Нарышкин, — что ощущение безнаказанности в мире прогрессирует, как заразная болезнь, а в результате падает цена человеческого права на жизнь, я уже не говорю о других правах и свободах. При этом реакция части западных политиков на очевидные, казалось бы, преступления носbт такой избирательный характер — здесь вижу, а здесь не вижу» (Россия I. 21.08.14).

Вскоре трагическая новость о казни журналиста стала обрастать весьма познавательными подробностями. Как оказалось, американский спецназ из группы «Дельта» летом 2014 г. в ходе секретной операции на сирийской территории при поддержке с воздуха истребителями и беспилотниками пытался освободить иностранных заложников, захваченных ИГ в САР. Но, как и в Иране в 1979 г., потерпел неудачу, так как на месте пленников не оказалось (а куда смотрела разведка?). Исламисты после начала американских ударов по своим позициям в Ираке предлагали США и семье Дж. Фоули освободить его за многомиллионный выкуп (бизнес есть бизнес), но получили отказ. В письме родным погибшего за неделю до его гибели экстремисты сообщили, что «не остановятся, пока не утолят жажду американской крови». Перед тем, как перерезать горло стоявшему перед видеокамерой на коленях Дж. Фоули, его палач провел перед ней другого американского заложника — С. Сотлоффа и объявил, что его ждала та же участь, если США не прекратят удары по позициям ИГ.

Палач, судя по говору «кокни», был жителем Лондона, а стражники, надзиравшие за заложниками, оказались англичанами, поэтому их исламистские дружки стали называть «битлами». По информации британской «The Sun», речь шла о принявшем ислам молодом британце, который с группой радикальных исламистов из лондонского квартала Тауэр Хэмлетс отправился некоторое время назад в Сирию. По данным издания, половина из 500 граждан Великобритании, находившихся в Сирии, Ираке и Ливане в составе исламистских террористических групп, были бывшими жителями Лондона (ИТАР-ТАСС. 22.08.14). Такое тревожное открытие вызвало в Великобритании настоящий переполох.Премьер Д. Кэмерон, срочно вернувшийся из отпуска, тут же поспешил заявить, что Соединенное Королевство не позволит втянуть себя в очередную войну в Ираке (ИТАР-ТАСС; РИАН. 21.08.14).

Как стало известно, джихадисты переняли у американцев методы «жестких допросов», иными словами пыток, и активно использовали их в обращении с несчастным журналистом и другим захваченными заложниками. Он, в частности, неоднократно подвергался излюбленной забаве американских мучителей — «симуляции утопления» (water boarding), активно применявшейся в Ираке и секретных тюрьмах США по всему миру (Die Frankfurter Allgemeine Zeitung. 29.08.14).

Лишь к середине 2014 г. Б. Обама под давлением фактов и общественных протестов робко признал, что «мы пытали некоторых ребят», да и то, оправдывался он, под «эмоциональным воздействием терактов 2001 г.» и из «благих побуждений» не допустить повторения этой трагедии (BBCRussian.com 05.08.14).

И, наконец, самое поучительное: в зачитанном с ножом у горла предсмертном обращении казненный вспомнил о своем брате, воевавшем в Ираке, прямо заявив, что это он своими действиями подготовил его гибель (EuroNews. 20.08.14; Россия I; Le Monde. 21.08.14).

Исходя из весьма запутанной и противоречивой ситуации в Ираке, Б. Обама признал, что начатая операция против джихадистов не будет краткосрочной и потребует усилий всего мирового сообщества (Die Frankfurter Allgemeine Zeitung. 10.08.14). К такому «долговременному подходу» США поспешили присоединиться и их британские союзники, заявившие о том, что от оказания гуманитарной помощи беженцам и поставок вооружения курдам (в том числе бывшего советского производства из стран Восточной Европы) они вместе с американцами переходят к борьбе с террористами (Газета.Ру. 18.08.14). В СМИ появились прогнозы о приближении новой сухопутной операции США в Ираке, без которой выполнить обещание Б. Обамы перед всем миром побороться с «раковой опухолью» ИГ было весьма не просто. К тому же союзники США по НАТО залезать в ближневосточное болото совсем не торопились, выражая с ними в основном лишь словесную солидарность.

Подобные «расширительные» заявления не могли не вызвать в Багдаде, как и Тегеране, настороженности.

Многие западные аналитики, размышляя о силовой стратегии американского президента в борьбе с международным терроризмом, отмечали ее главный недостаток: она не затрагивала глубинные корни этого опасного явления в мировой политике. США в противостоянии с террористической группировкой «Исламское государство», считал эксперт по вопросам национальной безопасности Б. Мосс, не стоило полагаться только на свои силы и действовать исключительно военными методами. Противостоять группировке и победить ее, прогнозировал он, потребует большего, чем просто военного ответа, хотя это должно быть сделано быстро и решительно. Чтобы подорвать источники вербовки и финансирования террористов, по его мнению, было необходимо последовательное развитие стабильных и представительных правительственных институтов по всему Ближнему Востоку, что позволило бы решать социальные проблемы в рамках политического процесса, а не путем насилия (РИАН. 22.08.14). Американский опыт «демократизации» арабских стран убедительно показывал, что к подлинному развитию таких институтов в Вашингтоне не стремились и лишь использовали эту презентабельную вывеску для продвижения своих геостратегических и геополитических интересов.

«В нынешнем иракском кризисе, — отмечал в этой связи председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике Ф. А. Лукьянов, — президент США, кажется, уже выработал позицию. Добиться смены правительства, оказать ему помощь в борьбе с противниками, нанести авиаудары по их позициям, но ни при каких обстоятельствах не вмешиваться напрямую. Убийство американца (а оно может быть не последним) меняет ситуацию, врага надо уничтожить. Трагический абсурд в том, что все происходящее — продукт политики Соединенных Штатов. Справедливости ради, Обама всегда был против вторжения в Ирак и от этой линии не отступал. Однако он в данном случае — заложник общей логики американской политики... Безрассудная политика порождает замысловатые зигзаги. Обама, который не раз требовал ухода Асада и чуть было не начал против него войну прошлой осенью, сейчас оказывается с ним по одну сторону баррикад. Иран, страна откровенно враждебная Америке, — чуть ли не главный партнер по попыткам восстановить подобие порядка в Ираке. Россию, против которой вводят одни санкции за другими, призывают содействовать борьбе против ИГИЛ. Зато Саудовская Аравия и Катар — опорные союзники на Ближнем Востоке — почти открыто обвиняются в поддержке экстремистов. И чем глубже Соединенные Штаты вовлекаются в ближневосточные дела, тем больше возникает новых ловушек» (Российская газета. 27.08.14).

Такие ловушки давали о себе знать каждодневно: в самом начале сентября 2014 г. в Интернете исламисты, как и грозили, разместили новый видеоролик, озаглавленный «Наше второе послание Б. Обаме», с изображением казни все тем же палачом британского происхождения еще одного американского журналиста — С. Сотлоффа, попутно пригрозив расправой теперь уже с британским подданным. «Обама, я вернулся!», — издевательски обратился изувер к американскому президенту, поднеся нож к шее несчастного пленника. Отягчающим обстоятельством для джихадистов стало двойное американо-израильское гражданство обезглавленного.

Б. Обама отреагировал на этот очередной варварский акт экстремистов направлением в Ирак еще 350 спецназовцев для защиты американских граждан и объектов, доведя общее число охранников до 820 военнослужащих (EuroNews. 03.09.14).

Выработка же общей стратегии США в борьбе с исламистами в регионе шла трудно: ввязываться в затяжные бои с их отрядами в ближневосточных песках американцам и их партнерам, не забывшим печальный опыт Афганистана, Ливии, Сирии, Мали и того же Ирака, явно не хотелось. Да и рейтинг президента США к тому времени упал ниже уровня его предшественника (менее 32 %), что удерживало его от каких-либо решительных шагов на мировой арене. В связи с этим в ожидавшемся всеми телеобращении Б. Обамы к нации 10 сентября 2014 г. субстантивности явно не доставало. Он лишь в своей излюбленной риторической манере с гегемонистским пафосом, не гнушаясь явным искажением действительности, заявил о заглавной роли США в борьбе с терроризмом, заодно уязвив Россию: «Лидерство США, — вещал он, — это постоянная величина в этом несовершенном мире. Это Америка имеет возможности и волю мобилизовать мир против террористической угрозы. Это Америка сплотила мир против российской агрессии и поддержала право украинского народа определять свое будущее... Это Америка спасла граждан Сирии от химического оружия [?]» (Россия I. 11.09.14).

Следуя такой же странной логике, Б. Обама подтвердил самовольно присвоенное США право наносить произвольные удары по позициям исламистов на территории суверенных государств, в частности Сирии, без их согласия и заверил в продолжении прежнего, к тому времени явно не оправдавшего себя курса на оказание содействия «умеренным оппозиционерам», которые теперь, по трудно объяснимым замыслам Белого дома, должны были воевать на «два фронта»: против «нелегитимного режима Б. Асада» и боевиков. Для тренировки и экипировки этих «надежных борцов с терроризмом» Б. Обама запросил у конгресса дополнительные полномочия и, разумеется, финансирование в полмиллиарда долл. (The Arab News. 11.09.14).

Конкретный же вклад США во всемирную антитеррористическую борьбу мыслился весьма скромным: вновь поспешив успокоить сограждан, что «наземной операции не будет», Б. Обама лишь обещал увеличить число американских советников в Ираке на 475 военнослужащих, которые, однако, не должны были участвовать в боях с исламистами, и оказать Ираку срочную помощь в 25 млн долл. Разъясняя логику новой тактики Вашингтона в борьбе с ИГ, вице-президент США Дж. Байден откровенно и в то же время весьма абстрактно заявил: «Америка не может вновь прийти к мусульманам в качестве агрессора. Войны должны вести сунниты для того, чтобы атаковать суннитскую организацию» (Независимая газета. 13.10.14).

«Сначала ударить, потом спросить разрешения, прямо как настоящий ковбой», — так британская «The Guardian» весьма иронично прокомментировала замыслы и действия американского президента в регионе и по всему миру.

Новая антитеррористическая «стратегия» Вашингтона, во многом нацеленная на подкрепление американского лидерства в мировой политике, была встречена союзниками США с явной прохладцей: на другой день после ее объявления министры иностранных дел Великобритании и ФРГ заявили, что их страны не будут участвовать в нанесении воздушных ударов по позициям ИГ (ИТАР-ТАСС. 11.09.14).

Такую же позицию на первых порах заняло и руководство Турции. В ответ исламисты во второй половине сентября освободили после трехмесячного заключения 46 турецких заложников, захваченных в Мосуле (The Arab News. 21.09.14). К началу октября Анкара объявила о присоединении к борьбе с исламистами из ИГ при своем неизменном желании свергнуть режим Б. Асада, что вносило в региональную обстановку дополнительный осложняющий элемент (Россия I. 03.10.14). Власти Сирии тут же предупредили турецкое правительство, что примут жесткие меры, если Анкара вздумает отправить свои войска на ее территорию. В Дамаске напомнили, что любое вторжение без мандата ООН однозначно расценивалось бы как агрессия против суверенного государства (Россия 24. 04.10.14). Глава МИД Ирана Д. Зариф в свою очередь предположил, что участие турецких вооруженных сил в операции против ИГ на территории Сирии и Ирака могло возыметь опасные последствия для всего региона (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (29 сентября — 5 октября 2014 года) // www.iimes.ru).

Напряженности в ситуацию добавило заявление президента Турции Р. Т. Эрдогана, который приравнял террористов из ИГ к активистам запрещенной Анкарой Курдской рабочей партии — КРП (РИАН. 04.10.14). А ведь курдские отряды были главной силой, сдерживавшей натиск исламистов в Ираке. Особую озабоченность и противодействие турецких властей вызывали бурные и неуправляемые потоки курдской молодежи, стремившейся отправиться в Сирию для участия в борьбе с ИГ и заодно поднабраться боевого опыта и снаряжения для последующего отстаивания с оружием в руках национальных прав своего народа в Турции. К началу октября 2014 г., когда ситуация вокруг сирийского г. Кобани (в километре от границы с Турцией) под натиском исламистов, которых воздушные удары коалиции сдерживали мало, стала критической, Анкару и всю страну захлестнула волна бурных демонстраций этнических курдов, которые требовали от властей принять действенные меры для защиты осажденного города и его населения. Аналогичные протестные выступления прокатились и по Западной Европе.

В ответ турецкие власти потребовали от США гарантий продолжения борьбы с «диктаторским режимом Б. Асада» (КоммерсантЪ. 08.10.14). Одновременно президент Р. Т. Эрдоган заявил, что власти страны не смогут одобрить возможные поставки американского оружия сирийским курдам для борьбы с ИГ в Кобани. «Были разговоры, — с тревогой отметил он, — о поставках оружия партии сирийских курдов — Демократический союз... Для нас этот союз то же самое, что и КРП — террористическая организация. Это было бы очень, очень неправильно ждать от нас, что мы открыто скажем “да” нашему союзнику по НАТО США и окажем поддержку такого рода. Исключено ожидать что-либо подобное от нас» (РИАН. 19.10.14).

По мере ухудшения ситуации вокруг Кобани Вашингтон был вынужден пренебречь мнением своего важного союзника в регионе и оказать помощь сражавшимся против ИГ курдам. Правда, эта операция, как нередко случалось и в прошлом, не обошлась без конфуза. Часть сброшенной с самолетов помощи оружием и продовольствием во многом из-за отсутствия координации с правительственными войсками Сирии попала не в те руки: исламисты, завладев ею, вовсю поиздевались над американцами в Интернете и социальных сетях (Интерфакс. 21.10.14).

Анкара, учитывая жесткую линию заокеанского партнера, была вынуждена несколько подкорректировать свои подходы, разрешив иракским (но не турецким) курдам пересекать границу для участия в обороне Кобани. Она также выразила готовность обучать в своих лагерях «умеренных» бойцов пресловутой «сирийской свободной армии», которые особым рвением в борьбе с исламистами, как и прежде, не отличались.

Со своей стороны, генсек ООН Пан Ги Мун, выступая в Совбезе, выразил вполне обоснованное опасение, что исключительно военный ответ на угрозу со стороны группировки «Исламское государство» мог привести к радикализации других суннитских вооруженных движений в регионе и спровоцировать новую волну насилия (ТАСС. 22.10.14).

В Париже заявили о готовности участвовать в реализации планов Б. Обамы, а из арабских стран их поддержали по преимуществу суннитские — Саудовская Аравия, Бахрейн, ОАЭ, Кувейт, Катар, Оман, Египет, Иордания и Ливан (Интерфакс. 11.09.14). Американцы договорились с властями Саудовской Аравии о создании на территории королевства и финансировании тренировочной базы для пресловутых «умеренных боевиков».

В первой половине сентября 2014 г. в саудовской Джидде арабскими государствами в присутствии представителей США был подписан антитеррористический пакт, предусматривавший объединение их усилий в борьбе с исламским экстремизмом. Вскоре, однако, многие из них и Египет, прежде всего, заявили, что присоединение к этому документу не означало их непосредственного участия в боевых действиях против радикалов (ИТАР-ТАСС. 12.09.14).

Создание широкой и действенной международной антитеррористической коалиции серьезно тормозилось и сохранявшимся предвзятым отношением Вашингтона к Дамаску и Тегерану, без участия которых, в чем с самого начала убеждала своих партнеров Москва, ожидать эффективного сдерживания исламистских радикалов было бы мало реальным. Выступая на заседании СБ ООН по Ближнему Востоку во второй половине октября 2014 г. российский постпред В. И. Чуркин вновь отметил, что усилия по борьбе с ИГ стали бы более успешными, если бы велись под эгидой Совбеза и при взаимодействии с Дамаском и Тегераном. В этой связи он призвал участников коалиции преодолеть замшелые «идеологизированные комплексы» (ТАСС; РИАН. 21.10.14).

И здесь проявилось двуличие американской дипломатии: верховный лидер Ирана аятолла А. Хаменеи поведал о том, что США попросили его о сотрудничестве через американского посла в Ираке. «Но я отказался, потому что у них запятнаны руки», — пояснил иранский лидер, добавив, что США «ищут повод сделать в Ираке и Сирии то, что они уже делают в Пакистане, то есть бомбить в любом месте без всякого разрешения» (Независимая газета. 15.09.14). Позднее в «The Wall Street Journal» появились сообщения о целых четырех (!) секретных письмах Б. Обамы иранскому лидеру, в которых американский президент предлагал ему наладить сотрудничество против ИГ (Le Monde. 09.11.14).

Экстремисты ответили на замыслы Вашингтона в своей излюбленной манере: во время пребывания в Багдаде Дж. Керри, срочно направленного в регион для сколачивания антитеррористической коалиции, на воздух взлетели три заминированных автомобиля — 18 человек погибли и около 60 пострадали (Россия I. 11.09.14).

Через несколько дней головорезы из ИГ, в рядах которых к тому времени, по разным оценкам, бесчинствовало уже от 30 до 50 тыс. боевиков, осуществили свою угрозу, разместив в Интернете новое леденящее душу видео под заголовком: «Послание союзникам Америки», на котором была запечатлена казнь захваченного за год до того в Сирии британского заложника шотландского происхождения Д. Хейнса — сотрудника одной из гуманитарных организаций. Расправа с ним была учинена в отместку за согласие Великобритании помогать США и вооружать курдских бойцов «пешмерга» против исламистов. Стоя перед палачом на коленях в оранжевой робе, как у узников американского концлагеря в Гуантанамо, несчастный в последнем слове всю вину за свой трагический конец возложил на Д. Кэмерона — «марионетку США». В и без того накаленной атмосфере приближавшегося референдума о независимости Шотландии убийство Д. Хейнса для Лондона было болезненным вдвойне. К тому же, сделав свое черное дело, палач с британским акцентом объявил, что такая же участь ожидала еще одного пленника — очередного подданного Соединенного Королевства (EuroNews. 13.09.14; The Arab News. 14.09.14).

На таком напряженном фоне в начале сентября 2014 г. в Багдаде было сформировано новое правительство, однако кандидатуры на ключевые посты министров обороны и внутренних дел полтора месяца оставались не согласованными (www.mid.ru 10.09.14). Лишь 18 октября парламент утвердил главой военного ведомства бывшего офицера ВВС времен С. Хусейна (без подготовленных кадров было не обойтись) суннита Х. аль-Обайди, а МВД возглавил шиит М. аль-Габбан (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (13–19 октября 2014 года) // www.iimes.ru).

В Москве противоправные замыслы США в отношении не санкционированных мировым сообществом ударов по территории суверенной Сирии были восприняты с понятной тревогой и озабоченностью. «Президент Соединенных Штатов, — предупредил на брифинге официальный представитель МИД России А. К. Лукашевич, — прямо заявил о возможности нанесения американскими вооруженными силами ударов по позициям “Исламского государства” на территории Сирийской Арабской Республики без согласия на то законного правительства. Подобный шаг в отсутствие соответствующего решения Совета Безопасности ООН стал бы актом агрессии, грубым нарушением норм международного права. Есть основания предполагать, что под ударом в этом случае могут оказаться и сирийские правительственные силы с вытекающими тяжелыми последствиями в плане дальнейшей эскалации напряженности» (www.mid.ru 11.09.14).

Формирование широкой международной антитеррористической коалиции под предводительством США шло непросто: к концу сентября 2014 г. около 50 государств мира объявили о своем желании принять в ней участие, однако до его практической реализации было еще весьма далеко. Слишком велики были противоречия, разделявшие ее потенциальных участников, слишком разные интересы они преследовали, намереваясь вступить в борьбу с терроризмом. К тому же, западные лидеры во главе с Б. Обамой не смогли избавиться от своего прежнего двойственного подхода, от в очередной раз не оправдавшего себя в сирийском кризисе предвзятого деления террористов на «хороших и плохих».

Россия поддержала антитеррористический настрой западных партнеров, однако не без ограничителей, в значительной мере обусловленных их же действиями. В Москве, в частности, обратили внимание на то, что на сентябрьском саммите НАТО в Уэльсе, в статье Б. Обамы и Д. Кэмерона в журнале «Times», а также в других ситуациях западные государственные деятели по существу ставили знак равенства между мифической угрозой, якобы исходившей от России, и вполне реальной — от террористов ИГ. Такой же искаженный подход к оценке осложнившейся международной ситуации просматривался и в выступлении Б. Обамы на заседании 69-ой сессии ГА ООН, в котором он выдвинул «агрессивные действия России в Европе» по степени опасности на второе место после лихорадки Эбола, а активизация исламистских экстремистов на Ближнем Востоке «удостоилась» лишь третьего (РИАН. 24.09.14).

Не помогла сплочению рядов выстраивавшейся американцами коалиции и международная конференция, экстренно созванная в середине сентября 2014 г. в Париже, на которую, по настоянию США, Сирия и Иран, несмотря на предложения России, приглашены не были.

«Стержнем международных усилий по противодействию терроризму, — твердо заявил с трибуны конференции С. В. Лавров, — неизменно была решимость бороться со всеми его формами и проявлениями, не разделяя террористов на “плохих” и “хороших”. К сожалению, в регионе Ближнего Востока и Северной Африки этот основополагающий принцип начал давать сбои, его неоднократно приносили в жертву чаяниям свержения режима в той или иной стране. Сейчас исключительно важно сделать правильные выводы из всех ошибок прошлого. Если мы хотим преуспеть, все наши действия должны быть основаны на твердом и четком понимании того, что подъем волны экстремизма является главной угрозой региону. Ее сдерживание должно быть ключевым приоритетом, невзирая на любые другие национальные планы каких-либо государств в регионе».

Для глубокого и комплексного исследования проблем экстремизма и терроризма на пространстве Ближнего Востока и Северной Африки российская сторона предложила к рассмотрению всех региональных и международных игроков идею созыва тщательно подготовленной международной конференции (Российская газета. 17.09.14).

Участники парижского форума ограничились подтверждением готовности своих стран внести посильный вклад в борьбу с ИГ, однако о конкретных шагах в этой сфере и совместных планах речи не заходило. А обстановка все более настойчиво требовала именно таких шагов. Нерешительность мирового сообщества, его явное нежелание повторять в регионе негативный опыт американцев побудили военные круги США заговорить о возможности «возвращения в Ирак», без которого справиться с распоясавшимися террористами одними ударами с воздуха было де нереально. При этом глава объединенного комитета начальников штабов ВС США генерал М. Демпси поспешил предупредить Белый дом, что новая сухопутная операция могла потребовать гораздо больше усилий и главное — жертв. По его оценке, несмотря на истраченные США с полсотни миллиардов долларов, половина иракских военнослужащих наждалась в «дополнительной подготовке и тренировках на специально подготовленных объектах» (Интерфакс. 15.09.14; КоммерсантЪ. 18.09.14).

Под утро 23 сентября 2014 г. американская авиация с кораблей в Красном море и Персидском заливе после уведомления, но без согласия Дамаска при содействии пяти арабских партнеров (Саудовская Аравия, Бахрейн, Иордания, Катар и ОАЭ), нанесла массированные ракетно-бомбовые удары по позициям исламистов в Ираке. В результате были разрушены многие объекты, погибло около 30 боевиков и 8 мирных граждан, в том числе 3 детей (Россия I. 23.09.14). По мере развития операции множилось число жертв среди мирного населения и разрушений объектов гражданской инфраструктуры, все новые сотни обездоленных людей пополняли и без того многочисленные ряды беженцев и внутренне перемещенных лиц. Не обходилось и без угрозы ударов по своим: в конце сентября коалиционная авиация чуть было не разбомбила командный пункт «умеренной» сирийской свободной армии, которую США лелеяли и опекали на протяжении всего кризиса в САР (ИТАР-ТАСС. 30.09.14).

Противоправный и самовольный характер антитеррористических действий США в Москве и в СБ ООН встретил непонимание. В состоявшемся телефонном разговоре с генсеком ООН Пан Ги Муном Президент России В. В. Путин заявил, что авиаудары по базам террористов ИГ в Сирии не должны были проводиться без согласия ее руководства (РИАН; Газета.Ру. 23.09.14).

«В связи с начатой США при поддержке ряда других стран операцией по нанесению ракетно-бомбовых ударов по позициям террористической группировки “Исламское государство” в Сирии, — четко отмечалось в Заявлении МИД РФ, — российская сторона напоминает, что подобные действия могут осуществляться исключительно в рамках международного права. Это предполагает не формальное одностороннее “уведомление” об ударах, а наличие четко выраженного согласия Правительства Сирии либо принятие соответствующего решения Совета Безопасности ООН...

Борьба с терроризмом на Ближнем Востоке и Севере Африки требует скоординированных усилий всего мирового сообщества под эгидой ООН. Попытки же решать собственные геополитические задачи, нарушая суверенитет государств региона, лишь усиливают напряженность и еще больше дестабилизируют ситуацию.

В Москве неоднократно предупреждали, что инициаторы односторонних силовых сценариев несут всю международно-правовую ответственность за их последствия» (www.mid.ru 23.09.14).

Европейские союзники США не горели желанием ввязываться в новую военную кампанию в регионе и тем более в Сирии. Лишь Франция, послушно следовавшая в фарватере политики Белого дома, даже после казни своего гражданина Э. Гурделя, захваченного исламистами в Алжире, подробности которой были выложены в Интернете под броским заголовком «Кровавое послание французскому правительству», не уклонилась от активного участия в этой операции. Позднее к Франции присоединились Австралия, Бельгия, Великобритания, Дания, Канада и Нидерланды. Резко против ударов по сирийской территории выступил Иран.

Показательной была и реакция «умеренных» оппозиционеров в Сирии: в начале они были против, считая борьбу с исламистами «подспорьем режиму Б. Асада», а затем не без совета извне «образумились» и поменяли свой подход на противоположный, аплодируя своим заокеанским и местным покровителям (Россия I. 23.09.14).

В ответ руководители ИГ призвали своих сторонников повсюду уничтожать граждан государств, вносивших вклад в борьбу с экстремистами. Б. Обама в видеообращении исламистов к своим сторонникам и последователям был назван «мулом евреев» (Российская газета. 24.09.14). Следуя этому призыву, канадский экстремист, принявший ислам и собравшийся воевать в Сирии, 22 октября 2014 г. атаковал в Оттаве военный мемориал и парламент, лишив жизни одного из военнослужащих, стоявших в почетном карауле.

Алармистские настроения на Западе заметно усилились после оглашения на 69-й сессии ГА ООН иракским премьером Х. аль-Абади разведанных о готовившихся ИГ терактах в метро Нью-Йорка и Парижа. Во всех западных столицах были усилены меры безопасности, а в Голландии власти даже порекомендовали военным не появляться на транспорте в мундирах, дабы не спровоцировать атаки экстремистов. Мэр Нью-Йорка пессимистично спрогнозировал сохранение террористической опасности на все времена подобно угрозе климатических перемен. По его оценке, трагические теракты 11 сентября 2001 г. стали лишь «первой ласточкой» необратимых изменений в мировой политике (EuroNews. 26.09.14).

Еще большую тревогу, близкую к панике, на Западе вызвали сообщения СМИ о подготовке ИГ засылки в Европу и США своих террористов под видом беженцев с Ближнего Востока (РИАН. 05.10.14).

В конце сентября 2014 г. и сам Б. Обама был вынужден признать, что американцы недооценили позиции и влияние ИГ в Сирии и, наоборот, переоценили возможности иракской армии, но от сотрудничества с Дамаском в отражении исламистской угрозы он вновь наотрез отказался, повторив избитый тезис о том, что Б. Асад «давно потерял легитимность» (РТР I. 29.09.14). За налаживание оперативного боевого сотрудничества весьма убедительно говорила и сама практика: если сирийские ВВС работали по позициям террористов с интенсивностью, превышавшей 150 авиаударов в сутки, то «коалиция» с немалыми возможностями 22 государств — членов ограничивалась 10–15, а то и 5–7 ударами (www.mid.ru 23.10.14).

К началу октября она нанесла по позициям исламистов около 2000 ударов с воздуха, из них 90% пришлось на долю американцев, которые к тому времени истратили на эти цели под миллиард долларов (The Arab News. 08.10.14). Коалиционерам удалось разрушить ряд захваченных боевиками объектов инфраструктуры, прежде всего в нефтедобывающей сфере, однако существенно ограничить их продвижение и захват все новых территорий не получалось. Одновременно от несанкционированных мировым сообществом ударов страдали мирные люди, вынужденные десятками тысяч покидать насиженные места, и гражданские объекты, что в конце октября с тревогой признал генсек ООН Пан Ги Мун в своем докладе СБ ООН (ТАСС. 29.1014). А конца противоборству видно не было: военные специалисты не только США, но и их партнеров по коалиции все громче говорили о том, что без наземной операции против ИГ было не обойтись. Представитель Пентагона Дж. Кирби на одном из брифингов прямо признал, что армия США была не в силах разгромить джихадистов ИГ ударами с воздуха, и призвал всех «проявить стратегическое терпение», конца которому не предвиделось (Time. 10.10.14).

Масла в огонь подлил и Израиль, впервые за 30 лет прекращения огня сбивший над захваченными им Голанскими высотами сирийский истребитель. «В Москве, — отмечалось в комментарий Департамента информации и печати МИД России, — с глубокой озабоченностью воспринимают данный инцидент, который усугубляет и без того напряженную обстановку в регионе. Призываем все страны региона и внерегиональные державы проявлять максимум сдержанности. Перед лицом жесткого вызова международного терроризма, избравшего Ближний Восток одной из своих главных мишеней, сейчас необходимо не открывать новый “фронт” противостояния, а наоборот, сплачивать усилия всех заинтересованных сторон в противодействии этой угрозе» (www.mid.ru 23.09.14).

Следуя этим проверенным временем и практикой курсом, Москва поддержала единогласно принятую СБ ООН 24 сентября 2014 г. новую антитеррористическую резолюцию № 2178. Этот документ базировался на широком комплексном подходе и предусматривал дополнительные обязательства государств по борьбе иностранными террористами-боевиками. В нем шла речь о пресечении вербовки, подготовки таких лиц и их финансирования, недопущении их перемещения в места вооруженных конфликтов. Задачи пресечения исходивших от них угроз были увязаны с требованиями по противодействию распространению насильственного экстремизма, в том числе через Интернет и социальные сети (www.mid.ru 26.09.14).

Выступая на заседании Совета, С. В. Лавров призвал не ограничиваться борьбой с боевиками «Исламского государства» и для всеобъемлющего обсуждения проблемы терроризма созвать представительный форум под эгидой СБ ООН с участием стран ближневосточного региона, Афросоюза, Лиги арабских государств, «пятерки» постоянных членов СБ ООН и других заинтересованных сторон. Повестка дня форума, по мнению министра, должна была затрагивать и застарелые конфликты, главным из которых оставался арабо-израильский. По словам С. В. Лаврова, «именно неурегулированность палестинского вопроса на протяжении многих десятилетий является, по широко распространенному мнению, одной из основных причин, позволяющих террористам получать “моральную поддержку” и вербовать все новых и новых членов». Глава российского внешнеполитического ведомства призвал мировое сообщество обратить внимание на глубинные корни проблем региона, избегать реагирования исключительно на их симптомы (Интерфакс. 25.09.14).

Российский подход к поискам решений взрывоопасных проблем, порожденных подъемом радикальных настроений в исламском мире, был созвучен взглядам реалистично мысливших политических деятелей региона. Как со знанием дела отмечал в одной из своих статей премьер-министр ОАЭ шейх М. бен Рашид Аль Мактум, военная операция могла стать лишь частичным решением в борьбе с ИГ. По его обоснованному мнению, для победы над группировкой мировое сообщество должно было объединить усилия, чтобы дискредитировать идеологию исламского экстремизма и лишить его сторонников среди обездоленных слоев населения. Для достижения этих стратегических целей премьер назвал три необходимых условия: борьба с экстремистской риторикой при помощи «просвещения, открытости и терпимости», строительство стабильных государственных институтов в странах региона и ликвидация бедности, неграмотности и решение других социальных проблем (РИАН. 27.09.14).

По мере нанесения ударов по позициям боевиков стали сбываться пессимистичные прогнозы военных экспертов. Воздушные атаки не только не сдерживали террористов, но и поощряли их на новые преступления. Министерство обороны Ирака объявило о применении джихадистами, набравшимися опыта в Сирии, химического оружия и, в частности, при обстрелах осажденного ими г. Кобани (Россия I. 24.10.14). Таким образом, регион постепенно превращался в полигон для обретения экстремистами навыков по синтезу, производству и применению боевых отравляющих веществ.

На этом мрачном фоне еще более наглядно проступали правовой волюнтаризм, нигилизм и избирательность в угоду собственным геополитическим интересам, характерные для региональной политики США, которые предпочитали не замечать установленное международными экспертами неоднократное применение токсичных химикатов в качестве боевых отравляющих веществ в Ираке и Сирии боевикам ИГ и других группировок исламистов, огульно сваливая вину на руководство САР и бездоказательно обвиняя его в якобы сокрытии части своего военно-химического арсенала.

В начале октября 2014 г. весь мир облетело новое жуткое видео кровавого обезглавливания четвертого западного заложника, волонтера одной из благотворительных организаций, бывшего таксиста, британца А. Хеннинга, захваченного в Сирии летом 2014 г. В предсмертном видеообращении он всю вину за свою гибель возложил на британское руководство, принявшее решение бомбить позиции ИГ. Своей трагической участи, как объявили террористы, ждал и американец П. Кэссиг, который был также захвачен в Сирии (РИАН. 04.10.14).

Одновременно исламисты, сменив тактику и разделившись на мелкие, трудно различимые с высоты группы, а также прикрываясь мирным населением на захваченных территориях как «живым щитом», продолжали наступление в сторону турецкой границы, стремясь сломить сопротивление и захватить г. Кобане, около 200 тыс. жителей которого были вынуждены спасаться бегством, усугубляя гуманитарную катастрофу, охватившую Сирию, и пополняя многотысячные потоки беженцев (свыше 1 млн человек), захлестнувшие Турцию и обошедшиеся ее казне к середине октября 2014 г. в 4,5 млрд долл. (Независимая газета. 13.10.14).

Таким образом, задуманная в Белом доме операция по сдерживанию боевиков ударами с воздуха все в большей мере оказывалась неэффективной. На очередное наземное вторжение в регионе американцы и их союзники по коалиции, которая без одобрения СБ ООН сама по себе была противоправной, отважиться не решались, власти Сирии и Ирака также не горели желанием видеть на своей территории иностранные войска.«Мы хотим внести ясность, — заявил в интервью BBC иракский премьер Х. аль-Абади, — мы не нуждаемся ни в чьих наземных войсках, кроме иракских». Он также выступил категорически против ударов авиации арабских стран по территории своей страны (Интерфакс. 02.10.14). Такая позиция иракского руководства впервые за несколько лет нашла поддержку у великого аятоллы А. ас-Систани (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (20–26 октября 2014 года) // www.iimes.ru).

После таких заявлений новый премьер Ирака с первым зарубежным визитом направился в Тегеран, где обсудил совместные действия против ИГ и развитие экономических связей со своим влиятельным восточным соседом (Независимая газета. 21.10.14). Верховный лидер ИРИ А. Хаменеи заверил его, что Иран рассматривал безопасность Ирака как свою собственную и был готов и в дальнейшем направлять ему своих военных советников и вооружение (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (20–26 октября 2014 года) // www.iimes.ru). Изолировать Иран от решения горящих проблем региона у американцев никак не получалось.

Боевики же, несмотря на коалиционные удары с воздуха, продолжали наступательные действия и обзаводились новым вооружением. К концу сентября они контролировали уже треть территории Ирака и столько же Сирии (Независимая газета. 29.09.14). Во второй половине октября 2014 г. они уже находились в нескольких километрах от Багдада, в котором продолжали грохотать взрывы: только 16 октября их жертвами стали более 40 мирных жителей и около 100 человек получили ранения (www.mid.ru 17.10.14.). Тогда же ливанская армия совместно с бойцами движения «Хизбулла», которое на Западе с подачи Израиля было отнесено к разряду террористических, сорвали попытку исламистов из ИГ захватить высоты аль-Мишрефа и Раас-Баальбек, рядом с сирийской границей (РИАН. 15.10.14). Одновременно в мировых СМИ прошли сообщения о захвате исламистами в Сирии трех истребителей, предположительно моделей МиГ-21 и МиГ-23, и начале тренировочных полетов на них с помощью бывших пилотов армии С. Хусейна, прибывших для этого из Ирака (Regnum. 18.10.14.). Позднее появились данные о наличии у джихадистов современных средств ПВО, которыми они могли сбивать летающие объекты, в том числе и гражданские самолеты. К середине октября 2014 г., по данным ветерана боевых действий США Г. Дафа, исламистам уже удалось уничтожить два американских боевых самолета — один над Сирией, другой над Ираком (http://ru.journal-neo.org/2014/10/17/isis-armed-with-patriot-missiles-but-by-whom-2/).

В середине октября 2014 г. на базе ВВС США Эндрюс вблизи Вашингтона прошло координационное совещание начальников генштабов 22 стран — участниц коалиции (Австралии, Бахрейна, Бельгии, Великобритании, Германии, Дании, Египта, Иордании, Ирака, Испании, Италии, Канады, Катара, Кувейта, Ливана, Нидерландов, Новой Зеландии, ОАЭ, Саудовской Аравии, США, Турции и Франции), участников которого принял Б. Обама, повторивший прежний пессимистичный прогноз о длительности начавшейся военной кампании против ИГ (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (13–19 октября 2014 года) // www.iimes.ru). В начале ноября 2014 г. он принял решениеотправить в Ирак еще до 1500 американских военнослужащих, которые должны были лишь обучать солдат иракской армии и «пешмерга» для борьбы с боевиками ИГ (РИАН. 08.11.14). На эти цели администрация запросила у конгресса дополнительно 1,6 млрд долл. (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (3–9 ноября 2014 года) // www.iimes.ru).

Ответ исламистов последовал незамедлительно: в середине ноября 2014 г. они выставили на показ в Интернете отрезанную голову П. Кэссига — еще одного американского гражданина, захваченного в Сирии 26-летнего основателя гуманитарной организации по оказанию медпомощи пострадавшим от изнурительного конфликта. Он был казнен, несмотря на то, что принял ислам и сменил имя на мусульманское. А в начале страшного ролика изуверы продемонстрировали хладнокровное убийство 15 пленных сирийских военнослужащих, пригрозив, что таким же зверским способом будут расправляться со всеми американцами, которые попадут к ним в руки (EuroNews. 16.11.14).

Ситуация все больше становилась патовой и из-за упрямого нежелания Вашингтона и его партнеров привлечь к борьбе с терроризмом таких важных и влиятельных региональных игроков, как Иран и Сирия. А их участие диктовала сама жизнь: в начале 2014 г. журналисты проведали о состоявшейся в одной из деревень на севере Сирии тайной встрече лидеров ИГ и «Аль-Каиды», на которой исламисты договорились сотрудничать против общих врагов — «евреев и новых крестоносцев» (Россия I. 14.11.14). О своей приверженности ИГ и почитании «халифа Ибрагима» заявила и весьма активная египетская террористическая группировка «Ансар Бейт аль-Макдис», действовавшая на неспокойном Синайском полуострове (The Arab News. 10.11.14.

Сам же «халиф», опровергая слухи о своем ранении и даже смерти, выступил с воинственным аудиообращением, пригрозил «дойти до Рима» и призвал правоверных «повсюду, от Канады до Австралии разжигать вулканы джихада и биться до последнего с врагами ислама» (The Arab News. 14.11.14).

И в такой осложнявшейся день ото дня обстановке совсем некстати выступил вице-президент США Дж. Байден, прямо заявивший (и видимо, не без оснований), что террористы, действовавшие в Сирии, в том числе и боевики «Аль-Каиды», получали финансирование и иную поддержку от союзников США в регионе. По его версии, эти страны (Турция и аравийские монархии) в конце концов осознали свою ошибку и согласились войти в возглавленную Вашингтоном международную антитеррористическую коалицию (ТАСС. 03.10.14). Такое неожиданное откровение внесло еще больший разлад в ее и без того нестройные ряды. Турция, ОАЭ и Саудовская Аравия даже потребовали официальных объяснений и извинений за необоснованные обвинения в их адрес (EuroNews. 04.10.14; РИАН; Газета.Ру. 05.10.14).

На столь турбулентном фоне не всегда ладились отношения США и со своим главным региональным союзником — Израилем. Во второй половине октября 2014 г. американские власти демонстративно отказались устраивать министру обороны М. Яалону в ходе его визита в Вашингтон встречи с некоторыми руководителями администрации США: с вице-президентом США Дж. Байденом, госсекретарем Дж. Керри и помощником президента США по национальной безопасности С. Райс. Это решение было принято в отместку за его резко критические оценки бесплодных «миротворческих» вояжей Дж. Керри на Ближний Восток. Более того, некоторые члены израильского кабинета даже обвинили госсекретаря в антисемитизме, когда тот публично указал на вполне очевидную связь между ростом террористической угрозы в регионе и многолетней неурегулированностью арабо-израильского конфликта (The Arab News. 20.10.14). Тем не менее, коренные геополитические интересы США в регионе и на сей раз не были забыты и израильский визитер имел беседы со своим американским коллегой Ч. Хейглом и постпредом США при ООН С. Пауэр (Об изменениях в военно-политической обстановке на Ближнем Востоке и в Северной Африке (20–26 октября 2014 года) // www.iimes.ru).

Тогда же случился еще один скандальный казус, когда один из американских чиновников за глаза обозвал Б. Нетаньяху трусом, сорвавшим из-за боязни раскола правящей коалиции переговорный процесс с палестинцами. Республиканцы в предвыборном раже тут же потребовали от Б. Обамы официальных извинений, и они устами того же Дж. Керри были принесены (Независимая газета. 31.10.14).

Не желая окончательно испортить отношения с главным покровителем, Б. Нетаньяху направил послом в Вашингтон своего близкого соратника Р. Дермера, выросшего во Флориде. Однако вскоре обнаружилось, что он наладил связи лишь с оппозиционными республиканцами и ведущей сионистской организацией АIPAC, а в Белом доме его принимали как «персону нон грата» (Die Frankfurter Allgemeine Zeitung. 02.11.14).

Сама жизнь заставляла американское руководство, несмотря на санкционный режим, введенный против России по инициативе того же Вашингтона, обращаться к Москве за помощью в борьбе с террористами. Так, к примеру, на встрече С. В. Лаврова с Дж. Керри в Париже 14 октября 2014 г. американская сторона поставила вопрос об обмене разведданными и об участии России в обучении и консультировании иракских сил безопасности. Глава внешнеполитического ведомства РФ, в свою очередь, подчеркнул, что Россия давно и последовательно боролась с терроризмом и оказывала другим странам содействие перед лицом террористической угрозы, в том числе предоставляя значительную помощь Сирии, Ираку и другим странам региона в укреплении их боеспособности. С. В. Лавров заверил, что российская сторона продолжит эти усилия, но не будет вовлекаться в некие «коалиции», создаваемые в обход Совета Безопасности ООН и в нарушение международного права (www.mid.ru 16.10.14).

«Никакой договоренности, — пояснил позднее министр, — что мы будем обмениваться информацией в контексте деятельности созданной американцами так называемой коалиции для борьбы с “Исламским государством” не было, как не было и договоренности, что мы будем направлять своих инструкторов, готовить армию Ирака». Он сообщил, что напомнил своему американскому коллеге про действовавшую ранее Президентскую комиссию, в которой работала специальная группа по борьбе с терроризмом: «Это был канал диалога, в котором могли участвовать представители спецслужб, военные, дипломаты. Президентская комиссия и эта группа, в том числе, были (по американской инициативе. — авт.) закрыты... Поэтому я сказал Джону Керри: если хотите работать совместно, давайте это делать не выборочно, а в рамках согласованных механизмов» (РИАН. 25.10.14).

Наряду с оказанием Ираку действенной помощи в укреплении и оснащении его вооруженных сил российская сторона не оставляла без внимания и нужды его мирного населения. Во второй половине октября 2014 г. самолет МЧС доставил в Багдад 37 тонн гуманитарного груза (продукты питания, одеяла, палатки, мобильные генераторы) для удовлетворения насущных потребностей местных жителей и беженцев, число которых заметно возросло после начала военной операции сколоченной Вашингтоном коалиции против ИГ (НТВ. 22.10.14). Аналогичный груз через несколько дней был доставлен и в столицу иракского Курдистана г. Эрбиль (www.mid.ru 23.10.14).

Иракская сторона выразила России глубокую признательность и благодарность за щедрую гуманитарную помощь и эффективное содействие в борьбе против террористов, оказываемое в отличие от некоторых западных стран без каких-либо политических требований и условий (Интерфакс. 23.11.14).

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва