Меньшикова Э. П. (г.Липецк)

«Душа моя Россия...»

КАЗАЧЬЕ

Глухие стылые места,
А трогают до боли...
Часовня с образом Христа,
Стога у старого скита
И — воля! воля! воля!
 
Снега — и взглядом не объять,
Вдали березки строем...
И как такую благодать
В чужие руки отдавать?!
Чего тогда и стоим...
 
Кто мы — без этого села,
Без этих круч над Доном?
Здесь русских с русскими свела
И примирила как могла
Земля, с тяжелым стоном
 
Укрывшая своих детей
Одним на всех покровом...
И нет для нас земли святей.
И обойдемся без гостей
С горящим жадным взором,


 
И обойдемся без родни,
С которой общей болью
И верой не породнены...
И пусть не зарятся они
На нашу волю...

 

СЕМЕЙНЫЕ ИКОНОСТАСЫ

    Крестьянские лица — как лики.
                                      Т. Королева
Крестьянские лица — как лики...
Взирают из рам вековых —
И в избах печальных и хлипких
Как будто светлее от них...
 
Оконца в минувшее время,
Где живы ушедшие ввысь:
Далекое дивное племя
Федотов, Матрен и Анфис.
 
Во всем уповая на Спаса,
Держались они за родню.
Семейные иконостасы
Крепили простенков броню.
 
Казалось бы, что в них святого?
Солдаты в шинелях до пят,
Солдатки в суконных поневах,
Ребята на лавке сидят...
 
Но словно лучатся их лица —
И взгляда от них не отъять...
Нам есть за кого помолиться,
За нас есть кому предстоять...

 

ДУША ЖИВАЯ

Что бабке — куршавели и гавайи,
Она в избе убогой доживает.
Идет ли дождь, сияет в небе солнце —
Сидит она, сутулясь, у оконца
 
И глаз не сводит с этого «экрана»,
Где все ее родное мирозданье —
Калины куст, скамейка у порога,
Косой плетень, разъезжая дорога...
 
И день за днем — в окне ее все то же,
Но нет на свете ничего дороже,
Чем улица и хатки по соседству,
Все, без чего не выжить ее сердцу...
 
И что ей — демократия, свобода,
Когда в деревне нет ее народа?!
Глядит в окно — но пусто у колонки,
Давно уже не видно почтальонки...
 
Покрестится она на красный угол,
Переберет медали за заслуги —
И вновь в окно воззрится, уповая,
Что есть еще за ним душа живая...

 

* * *

На Земле обычный зимний вечер —
Неба синь и снега тусклый свет...
Что ж так душу тянет этот вечный
И непритязательный сюжет?
 
Слишком хрупким стал миропорядок,
Слишком неспокойно стало жить —
И вздыхают бабки у лампадок:
Ах, успеть бы смертное сложить...
 
С каждым днем все гуще мгла над Русью,
Каждый год в России — недород.
И темнеют ликом Ржев и Усмань,
Снова ворог Русь в полон берет...
 
Оттого и на душе тревога:
Ускользает в прошлое сюжет —
Русь святая, зимняя дорога,
Неба синь и снега тусклый свет...

 

* * *

Ветераны уходят в землю,
Не сдавая своих позиций...
Снова раненые под Ельней,
Шепчут хрипло: — Сестра, водицы...
 
До рассвета не спят от боли,
О друзьях вспоминая павших.
А к утру по команде «К бою!»
Рвутся яростно в рукопашный...
 
Со штыками идут в атаку,
Упираясь во вражьи цепи,
Грозно бьются в кровавой схватке
За родные поля и степи....
 
Не в постелях — в сраженьях святых,
Захлебнувшись огнем свинцовым,
Умирают от ран солдаты
Под Смоленском и под Ростовом...
 
Сколько лет на переднем крае,
За Москву и за Курск воюют...
Кто-то в танке опять сгорает,
Кто-то в небе врага штурмует.

И в пылающем Сталинграде,
Как товарищи их когда-то,
Погибают Победы ради
Жизнь отдавшие ей солдаты...
 
Бьются насмерть в Орле и Бресте,
Льнут под выстрелами к землице.
И уходят в иные веси,
Не сдавая своих позиций...

 

* * *

Уже весною пахнет первозданной —
Весною света, неба и земли...
Но веет кровью «беркутов» с майдана,
Их на щитах оттуда унесли...
 
А те, что со щитом держались стойко
Под градом пуль и смрадом жженных шин,
Домой вернулись, сломлены жестоко
Продажной властью масок и личин.
 
Но мало ворогам невинной крови,
Бандеровская ненависть кипит!
И на коленях «беркуты» во Львове
Покаялись за тех, кто был убит,
 
Кто на майдане был расстрелян в спину,
Кто заживо горел, кто был распят...
И как теперь любить мне Украину,
Где Русь — и ту во зле испепелят?!.

 

* * *

Чем ни займусь, а в мыслях — Украина,
Куда ни посмотрю — а все она.
Смеются дети во дворе наивно,
И думаю: а там идет война.
 
Гремели выпускные по России,
Салюты разрывали небеса.
А там «Не убивайте нас!» просили
Ребята со слезами на глазах.
 
Там по жилым кварталам били «грады»...
И люди из домов бежали прочь.
«Мы украинцы, но скажу вам правду:
Что все мы стали русскими в ту ночь, —
 
Так говорила женщина с младенцем,
Прошедшая с ребенком через ад:
— В моей стране устроили Освенцим,
И нет теперь для нас пути назад...»
 
А сколько их, вновь испеченных русских,
Крещеных не водою, а огнем,
Спешат в Россию по проселкам узким,
По воздуху, по морю, ночью, днем...
 
Чем ни займусь — а в мыслях Украина.
У нас гроза — а там опять обстрел.
У нас повсюду ломятся витрины,
А там мальчишка хлеба не поел.
 
У нас любовь, а там сплошные страсти.
А ночь у нас — тиха и высока...
А там к Луганску через город Счастье
Подтягивают танки и войска...

 

МОЕМУ ПОКОЛЕНИЮ

А нам не будет оправданья!
Мы сдали Родину без боя —
Не заслонив ее собою,
Как наши деды и отцы.
 
Нас обложили тяжкой данью,
А мы все грезили о звездах,
Кичась свободою, — и в воздух
Бросали радостно чепцы.
 
Не погнушались рабской долей —
В обноски вырядились споро...
И пели аллилуйю хором
Всем новоявленным «святым».
 
Очнулись — ни земли, ни воли.
Под вражьей властью прозябаем.
Но либеральным краснобаям
Во рты по-прежнему глядим.
 
Мы труса празднуем безбожно —
Нас взяли голыми руками!
Что мертвые не имут сраму,
Так это еще как понять...
 
Кто нас отмолит, кто поможет?
Но будет предков суд — суровым,
Да и потомки добрым словом
Навряд ли станут поминать...

 

* * *

Есть простые слова, но за ними
И судьба, и любовь, и земля.
Это хрусткие снежные зимы,
Это древние стены Кремля.
 
Сколько б времени дальше ни виться,
Будут вечно звучать и спасать
Красный угол, святая водица,
Пустынь Оптина, Павлов Посад...
 
Есть слова как пароль, как примета
Уз надежных и скреп вековых.
Это строки державных поэтов
И молитвы великих святых.
 
Это имя, которым крестили,
Это мамина тихая грусть...
И встает за словами простыми
Наша кровная родина Русь...

 

* * *

Душа моя Россия...
Ты свыше мне дана.
И никакою силой
Не отлучить меня
 
От усманских просторов
И добровских твердынь...
Намоленных соборов,
Восставших из руин
 
В Ельце и Лебедяни,
По всей Руси святой —
И в деревеньке дальней
Теперь есть купол свой.
 
И колокольным звоном,
Вздымаясь до небес,
Над лесом и над Доном
Плывет благая весть...
 
Не отлучить мне сердце
От милости такой —
От церкви по соседству
С избушкой вековой,
 
От праведного слова,
Взыскующих икон...
От поля Куликова,
Где ставили на кон
 
Судьбу и волю нашу,
Где кровь лилась рекой...
Ужель всего за «Рашу»
Дружину вел Донской?
 
Нет, это от бессилья
Они возводят ложь...
Ведь ты душа, Россия,
А душу не убьешь...

 

СВЕТ В ДУШЕ

Ни краски за окном: уныло, хмуро.
Все передашь простым карандашом —
Унылый фон, деревьев строй понурый,
Прохожих крючковатые фигуры
Под семенящим вкрадчивым дождем...
 
Таким пейзажем трудно умилиться —
Дороги вдрызг и пасмурные лица,
А все стою у тусклого окна —
И свет в душе...
И хочется молиться
За все, за все, чем жизнь озарена...

 

 

 

 

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Поэзия «Душа моя Россия...»


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва