Шевцов Н. В. (Москва), Наумова Е. Е. (Москва)

Заповедный Кологрив, куда не ходят поезда и где остановилось время

Шевцов Н. В.

Наумова Е. Е.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Название этого тихого городка, спрятавшегося на берегу реки Унжи среди глухих лесов, которые разделяют Костромскую и Вологодскую области, хорошо известно любителям романа «Двенадцать стульев». Вспомним грозные и в то же время ироничные слова, произнесенные Остапом Бендером в адрес перепуганного Кисы Воробьянинова при их знакомстве: «...вы не из Парижа. Конечно, вы приехали из Кологрива навестить свою покойную бабушку». На самом деле великий комбинатор хотел уличить своего визави в тайном возвращении из Парижа.

Знаменитый литературный персонаж создал самую лучшую рекламу расположенному на севере Костромской области городку, добраться до которого и сегодня весьма непросто. Чтобы попасть туда, надо сначала доехать до железнодорожной станции Мантурово, а там заказать такси либо ловить попутную машину. Дело в том, что автобусный маршрут между Кологривом и Мантуровым, а два города разделяют без малого 80 километров, с недавних пор отменен. Не ходит в Кологрив и автобус из областного центра Костромы. В общем, есть деньги — езжай за полторы тысячи рублей на такси, а нет — добирайся, как сможешь. К тому же дорога до некогда процветавшего Кологрива, хоть и считается асфальтированной, но на самом деле, мягко говоря, оставляет желать лучшего. 

Жаль, конечно, что через Кологрив не проходит железная дорога. Поэтому не иначе как парадоксальной можно было назвать цель нашей поездки в этот город, которая заключалась в том, чтобы найти там железнодорожный вокзал. 

Чтобы разобраться в интриге, придется перенестись на много десятилетий назад, когда в начале двадцатого столетия началось строительство железной дороги в сторону Вятки, нынешнего Кирова. Богатые купцы Кологрива мечтали, чтобы она прошла через родной город. Один из них, Гаврила Владимирович Макаров, объявил даже, что готов предоставить свой особняк для устройства в нем вокзала. Великолепный дом богача, выполненный из красного кирпича и украшенный башнями, напоминал замок. Его спроектировал не кто иной, как архитектор И. И. Рерберг — автор проекта Киевского вокзала и здания Центрального телеграфа в Москве.

Но, увы, все вышло иначе. Паровозные гудки так и не нарушили провинциальную тишину сонного Кологрива. Чугунка прошла южнее, через уже упоминавшееся Мантурово. Существуют разные версии отсутствия железной дороги в Кологриве. По одной из них, прокладке путей помешали купцы-пароходчики, доставлявшие на своих судах в Кологрив товары по впадавшей в Волгу Унже. Они справедливо увидели в железной дороге опасного конкурента. Согласно другому предположению ее не построили из-за интриг проживавшего в другом костромском городе Буе лесопромышленника Сипягина. Он владел обширными лесными угодьями и хотел вывозить лес через Буй. К тому же Сипягин имел связи в Петербурге. В результате он победил. Буй превратился в крупный железнодорожный узел, коим и является по сей день, а Кологриву выпала судьба остаться городом, хоть и с готовым вокзалом, но без железной дороги. Так что сегодня поезда до него не ходят, судоходства также нет из-за обмелевшей Унжи. Осталось одно разбитое шоссе. 

Но может быть и хорошо, что Кологрив превратился в почти что изолированный от остального мира заповедник. Ведь не случайно каждый год в начале мая в пойме Унжи, напротив городской набережной, останавливаются многочисленные стаи диких гусей. Их никто не тревожит. Для кологривцев появление пернатых — настоящий праздник, который отмечается всем городом. Сам Кологрив не изменил своего облика. Он выглядит так, как и много лет назад. Новых многоэтажных домов здесь практически нет, поэтому главной архитектурной доминантой остается, к счастью сохранившийся, уже упоминавшийся особняк-вокзал Макарова. Ныне в нем размещается краеведческий музей, в котором есть что посмотреть. Среди его экспонатов старинные богослужебные книги, деревянный раскольничий крест, великолепные сабли, секиры, кинжалы, относящиеся ко временам основания города. Кстати, возник Кологрив в XVI веке, а герб получил в XVIII. На нем изображена черная голова лошади с высокой пышной гривой, которая никакого отношения к названию города не имеет. На здешнем диалекте слово «грива» означает высокий берег реки, на котором когда-то возник город. Лошадиная же голова символизирует талант и смекалку местного населения. 

Один из экспонатов музея вселяет даже страх. Это настенные часы с оленьими рогами. Их никто не заводит, не потому что не хотят, а боятся. Существует грозное предсказание, согласно которому тот, кто попытается завести часы, не проживет и дня. Говорят, несколько лет назад кто-то все же решился. На следующее утро его нашли мертвым. 

Но часы, пожалуй, единственный мрачный экспонат музея в Кологриве. Настоящей радостью проникаешься, когда смотришь на картины удивительного художника Ефима Васильевича Честнякова. Он прожил большую часть своей жизни в родном краю и оставил после себя полотна, персонажи которых напоминают жителей Берендеева царства. Столь же великолепны картины другого родившегося в Кологриве мастера — академика живописи Геннадия Александровича Ладыженского. Они занимают несколько залов музея вместе с работами К. Брюллова, И. Крамского, И. Шишкина и других мастеров отечественной живописи. Интересно, что сам музей с 2003 года носит имя Ладыженского.

А еще в Кологриве родились герой-партизан Отечественной войны 1812 года А. С. Фигнер, декабрист генерал М. А. Фонвизин. В центре города неподалеку от набережной мы увидели пустующий дом, в котором еще недавно размещался военкомат. Население города составляет всего три тысячи. Молодые люди уезжают, поэтому на многочисленных призывников рассчитывать не приходится. Вот и закрыли военкомат. Зато на одной из стен здания установлена памятная доска, которая сообщает о том, что здесь некоторое время проживал оказавшийся в царской немилости П. А. Катенин — прославленный А. С. Пушкиным драматург, переводчик и театральный деятель. Он, как не трудно догадаться, родился в окрестностях Кологрива. Вспомним строки из «Евгения Онегина»: «Там наш Катенин воскресил Корнеля гений величавый». Впрочем, Катенин был не единственным, кто находился в Кологриве не по своей воле. Здесь во время русско-турецкой войны 1877–1878 годов содержались пленные солдаты и офицеры Османской империи, в годы Первой мировой войны сюда попали оказавшиеся в плену немцы и австрийцы. Не все они дожили до освобождения. Умерших похоронили на местном кладбище, ныне превращенном в городской парк. В память о всех, кто нашел здесь свой последний приют, ныне установлен деревянный крест.

И все же несостоявшийся вокзал, а теперь музей, продолжает оставаться главной и, можно сказать, уникальной достопримечательностью Кологрива. Глядя на него, мы вспомнили, как несколько лет назад, путешествуя по Англии, остановились в расположенной в городке Принстаун гостинице, которая называлась «Railwaystation» — «Железнодорожный вокзал». Добирались до города на машине, потому что в округе нет железных дорог. Но именно сюда, по воле Конан Дойля, прибыли на поезде герои его знаменитой повести «Собака Баскервилей». «Неужели упоминание о железной дороге является выдумкой писателя?» — размышляли мы, вынужденные добираться до Принстауна на такси. К сожалению, автобусы не ходят в этот городок, который расположен в центре малонаселенной заповедной зоны Дартмур. И вдруг таксист сказал, показав на нечто похожее на насыпь: «Вот остатки полотна железной дороги. Ее из-за экономической нерентабельности, к великому огорчению жителей, закрыли в 1956 году». 

Итак, сегодня автобусы не ходят ни в Кологрив, ни в Принстаун. Нет и железной дороги. Зато сохранились здания вокзалов — одного бывшего, в котором сейчас разместилась гостиница, и другого, так и не открывшегося. Наконец, если в Кологриве находились пленные турки, немцы и австрийцы, то и в поныне действующей тюрьме Принстауна содержались захваченные в ходе боевых действий французы и американцы. Они попали в плен во времена Наполеоновских войн, когда Англия находилась в состоянии войны не только с Францией, но и с США. Пленные французские и американские солдаты и построили в 1814 году Принстаунскую тюрьму. Нам даже удалось ее сфотографировать. Правда, установленная у главного входа табличка грозно предупреждала о том, что нельзя снимать охранников и заключенных. Но на наше счастье они не появились. Напомним, что именно из этой тюрьмы бежал каторжник Селден, один из вымышленных персонажей «Собаки Баскервилей». Так что в знаменитой повести Конан Дойля переплелись правда и авторские фантазии. Например, никогда не существовала усадьба «Баскревиль-холл», но зато совсем недалеко от Принстауна до печально известной Гримпенской трясины, которую местные жители называют Фоксторской. Только она показалась нам совсем не страшной. Ее, если прыгать с кочки на кочку, можно быстро пересечь, не встретив никакой свирепой собаки. 

Однако продолжим разговор о том, что есть общего у Кологрива с туманным Альбионом. Оказывается, в четырех километрах от города в деревне Екимцево в начале прошлого века возвели роскошное трехэтажное здание в викторианском стиле, очень похожее на родовые гнезда британской знати. Его построили по распоряжению купца Ф. В. Чижова, портрет которого висит в музее Кологрива. Но почему же столь роскошное здание появилось в глухой деревне, легенда о названии которой не может не вызвать улыбку? Говорят, что на правом берегу Унжи стоял крестьянин, а на противоположном — его земляк. Вот один и крикнул: «Яким!», и услышал в ответ: «Чего?». Так и получилось название деревни — Якимцево, где и появилось шикарное здание в английском стиле. В нем разместилось сельскохозяйственное училище. Кроме того, на средства Чижова такие же учебные заведения построили в Костроме, Чухломе и Макарьеве. На то, чтобы возвести их, купец истратил семь с половиной миллионов, оставив себе, согласно завещанию, 150 рублей на похороны. Вот такие были меценаты. 

В советское время в здании в Якимцево также долгое время размещался зоотехнический техникум. Но наступили девяностые годы, и его закрыли. Затем одни хозяева сменяли других, пока особняк не опустел окончательно, оставшись без окон и дверей. Таким он выглядит и сегодня.

Интересно, что британское присутствие ощущается и в самой Костроме. Оказывается, один из ее самых красивых храмов, церковь Воскресения Христова на Дебре, как гласит легенда, построен на английские деньги, точнее, золото. Еще в XVII веке местный купец Кирилл Исаков, занимавшийся торговлей кожами, заказал в Англии несколько бочек краски. Когда их доставили, то, ко всеобщему изумлению, увидели, что одна из бочек была доверху наполнена золотом. Купец слыл за человека суеверного и богобоязненного. Он не решился присвоить себе английское золото. Все оно, по воле Исакова, пошло на строительство храма.

Но вернемся в Кологрив. В тихом и малонаселенном райцентре приезжих замечают сразу. Вот и к нам подошел пожилой мужчина, представившийся местным краеведом. Долго Валерий Павлович Яблоков водил нас по немощеным улочкам, показывая местные достопримечательности, в том числе дом, в котором жил сподвижник Шамиля князь Абашидзе. Прощаясь, подарил листок со своим стихотворением:

Скрипка пела в тишине радиоэфира
И дарила радость мне сказочного мира.

И показалось, что мы находимся в сказочном городке, в котором остановилось время и который не хочет меняться, желая сохранить свою неповторимую прелесть.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Русские судьбы Заповедный Кологрив, куда не ходят поезда и где остановилось время


культурно-просветительский
общественно-политический
литературно-художественный
электронный журнал
г. Санкт-Петербург
г. Москва